Сурли кивнул, вновь покосившись на одностороннее окно.

— Да… есть такое, — он посмотрел на меня в упор, и его мозаичные глаза сделались суровыми. — Не суйся в Калифорнию, Элисон. Что бы они тебе ни говорили, кому бы из твоих близких они ни угрожали, не суйся туда. Конечно, это ловушка, и ты это знаешь… но это не та ловушка, которой ты можешь избежать. Они дурачат тебя, и не только в отношении захвата. Хоть в Сан-Франциско, хоть в Южной Америке вы будете сражаться не только с Лао Ху. Любой, кого ты, по твоему мнению, будешь спасать, всё равно умрёт, — он сурово посмотрел на одностороннее окно. — …Даже если ты возьмёшь с собой его. Даже если ты возьмёшь того из Адипана. Даже если вы все явитесь туда, они будут готовы.

Я прикусила губу, затем выдавила из себя ещё один вздох.

— Звучит весьма удручающе, — признала я.

Он прищурился.

— Ты же не думаешь, что это всё показной драматизм?

Я сделала пренебрежительный жест рукой, подавляя иррациональный прилив эмоций.

— Судя по твоим словам, они явятся за нами, что бы мы ни делали. Так какая разница? Почему не там? Разве мы не при любом раскладе в заднице?

— Необязательно…

— Но разве они не предусмотрели и тот вариант, при котором мы не явимся к ним? — спросила я, слыша злость в своём голосе. — Они знают, что ты здесь. Не можешь же ты верить, что они не наблюдают за тем, кто входит и выходит из этого отеля…

— Мы не можем позволить себе потерять тебя, Элисон, — Сурли уставился на меня. — Проклятье, ты не можешь вести себя как эгоистка в отношении этого! Не все мы хотим стать свидетелями того, как человеческий цикл закончится вот так… где большинство наших кузенов погибнет или окажется в рабстве. А единственными выжившими людьми окажутся те, что меньше всего заинтересованы в эволюции!

— То есть, ты хочешь сказать, что их никак не одолеть? — стиснув зубы, я посмотрела через стол. — Ты говоришь мне не быть эгоисткой, но разве это не эгоизм — прятаться в своей крепости, пока мои кузены — кузены, которые по моему твёрдому мнению сыграют значимую роль в грядущих событиях — страдают и умирают от рук тех, кто хочет навредить мне? Все люди — просто «сопутствующие потери» в их собственном Смещении? Сколько жертв — это слишком много жертв, Сурли?

Его глаза ожесточились ещё сильнее.

— Я хочу сказать, — прорычал он, так же пристально глядя на меня. — Что ты должна быть в состоянии пожертвовать тем, чем, по их мнению, ты не станешь жертвовать. Я хочу сказать, что ты должна доказать их неправоту, Элли. Ты должна как-то принять, что много людей умрёт, что бы ты ни сделала… и ты не можешь спасти их всех. И ты не можешь позволить себе испытывать сантименты по поводу того, кого именно ты спасёшь.

— А что, если для меня это неприемлемо? — спросила я. — Что, если данные люди необходимы по другим причинам? Не только из-за моих «сантиментов»?

— Тогда тебе придётся найти другой путь. Этот путь закрыт, — его взгляд сделался пронизывающим. — Я знаю, что вы вербуете. По этому поводу тоже есть данные. Какая-то утечка из этого здания, что-то по поводу списков. У вас здесь имеется предатель, поставляющий информацию, ты это знала?

Я стиснула челюсти.

— Понятия не имею, о чём ты говоришь, Сурли.

— Все знают о списках, Элисон.

— Все? Кто все? Лао Ху?

Сурли раздражённо щёлкнул языком, качая головой, но не в знак отрицания.

Я нахмурилась. Отбросив это на мгновение, я повернула назад.

— Ты не скажешь мне, кто такой Тень, — произнесла я. — Но ты можешь сказать мне одну вещь? Салинс и Тень… это ведь не одна и та же личность, нет? Но они связаны? — нахмурившись, я нарочно не смотрела на одностороннее окно. — Каковы их отношения, Сурли? Как они заключили союз? Ты знаешь?

Сурли издал отрывистый смешок, качая головой.

— Gaos. Ты действительно не знаешь, с кем имеешь дело, да? — его губы изогнулись в мрачной усмешке. — Ну, раз вы двое вновь милуетесь, позволь мне спросить у тебя вот что. А он знает? Твой засранец-муж? Он знает, что ты, видимо, выяснила?

В ответ на мой пустой взгляд он издал смешок, полный неверия.

— Ага. Вот и я так думал.

Щёлкнув с каким-то мрачным раздражением, он отвернулся. Когда он посмотрел на одностороннее окно, его глаза сделались холодными.

— Что ж, дорогая моя, — легко произнёс он. — В таком случае, ты можешь сама ответить на свой вопрос, ведь так? В конце концов, если бы у Салинса имелись связи с Тенью, твой драгоценный муж узнал бы об этом первым, ведь так? В конце концов, это ведь он им нужен. Они все одна большая семья, разве нет?

Я сохраняла своё лицо лишённым выражения.

Его слова ударили слишком близко к цели.

— Так что это за отношения, Сурли? — спокойно спросила я. — Ты мне скажешь? Или ты слишком забавляешься своими дурацкими загадками?