К тому же, вспомнить ежедневные сборы всяких травок, камешков и корешков. Вот и решил, что парнишка немного ошибся, в силу детского восприятия.

Ладно, черт с ним. Классификацию старика оставим на потом. Для начала закончим с башней.

Первый этаж занимали кладовые, подвал-погреб и комнаты со всякими клетушками по хозчасти, на втором лаборатория (там же закуток Эри, среди двух подсобок с инвентарем), третий библиотека и личные покои старика, четвертый тоже лаборатория, но какая-то особенная, туда старик мальчишку никогда не пускал.

Башня была очень стара. И за время своего существования серьезно обветшала. Периодически приходилось латать. Делал ремонт, понятно, самый «бесполезный» обитатель чародейской обители.

Происходило это следующим образом. Старик готовил какую-то жутко воняющую жижу, переливал в маленькое ведерко, давал кисточку и отправлял к самым проблемным местам. Где трещины расходятся, камни крошатся, а то и вовсе возникают открытые щели.

Сам, разумеется, никуда не лазил. Мол не хозяйское дело заниматься такой ерундой.

Внутри еще ничего, помазал, побрызгал, не труднее, чем красить. Снаружи уже намного сложней. Лестница плохая, приходилось подстраховываться веревкой, переброшенной из ближайшего окна. Стоял, балансировал, в одной руке «банка с краской», в другой кисть. Зачастую выделывал те еще чудеса эквилибристики, стараясь не расплескать вонючую жижу и сделать нормально работу.

Густая жидкость ни разу не походила на строительный раствор. Пахла просто ужасно: тухлыми яйцами, травами и еще каким-то невообразимым дерьмом.

После нанесения некоторое время оставалась антрацитово-черной, по мере высыхания становилась серой и полностью сливалась с кладкой. Камень после такой обработки делался прочным, ни кусочка не отколупать. Отдельный кусок стены словно превращался в единый монолит.

Этой штукой всю бы башню покрасить, да готовилась она долго и в малых количествах. Старый алхимик делал ее только в экстренных случаях, когда видно, что без очередного латания не обойтись.

Как ни странно, подобный наплевательский подход не подводил. Жижа неплохо справлялась с поддержанием постройки в относительном порядке. Обвалов и разрушений до сих пор не случалось.

Что на мой критический взгляд, было настоящим чудом…

– Ах вот ты где, – сойдя с последней ступеньки и вглядываясь в полумрак в поисках выхода на улицу, я не заметил, как сзади на лестнице появился учитель.

Пауль Гренвир собственной персоной. Худощавый старик, облаченный в синюю мантию, расшитую серебряными заковыристыми рунами, выглядел донельзя солидно. Редкая бороденка торчала колышком. Длинные седые волосы зачесаны назад. Щеки впалые, худые. Глаза глубоко запавшие. Крючковатый нос заметно выдвигалась вперед. На узком кожаном поясе слева болтался тряпичный мешочек, справа компактная сумочка из упругой кожи.

Блин. И впрямь похож на волшебника. Образ просто классический. Хоть сейчас на постер с рекламой фэнтезийного фильма.

– Доброе утро, мастер Гренвир, – подчиняясь рефлексу Эри, я склонился в глубоком поклоне.

– Доброе, доброе, – как-то неопределенно протянул алхимик.

Цепкий взгляд изучал лицо подмастерья с внимательностью патологоанатома.

Черт! Чего он так уставился? Будто микроб разглядывает под микроскопом. У меня по спине пробежали мурашки. Почему-то возникло подозрение, что старый хрен в курсе появления непрошенного духа в разуме ученика.

– Ну, расскажешь, где ты вчера разбил голову? – разрушил кратковременное молчание Гренвир.

Спотыкаясь и опуская ненужные подробности (особенно свое вселение в тело носителя и последующее объединение двух личностей в одно) я лаконично поведал о вчерашних злоключениях.

Как случайно споткнулся, как грохнулся вниз и о сволочном камне не забыл упомянуть. Особо подчеркнул, что не забыл про мешок и вернулся за собранной травкой.

На этом месте волшебник благосклонно кивнул. Сообразительность «малолетнего бездельника» пришлась ему по душе.

– Молодец, что не оставил там. Иначе мог не приходить обратно, – правый глаз старика опасно сверкнул.

Я неосознанно поежился. Хрен старый, действительно мог бросить подыхать раненного. Прав Эри, та еще сволочь в хламиде.

– В следующий раз смотри под ноги, тратить «Слезы зари» на тебя я больше не буду, – последовала тяжелая пауза и еще более тяжелый взгляд, буквально пригвоздивший меня к полу. – Ты хоть знаешь сколько стоит одна мера этого зелья?

Вопрос явно риторический и ответа не требовал. Однако я на всякий случай закачал всклоченной головой. По подсказке Эри, руководствуясь принципом – не помешает.