– Он? О ком ты, мальчик? Если про своего дедушку, то расслабься, никто так и не сумел его поймать. Нет? О Лисарде? Снова нет?

– Издеваешься? – он закрыл лицо руками, словно не хотел ее видеть, потом его пальцы прошли вверх, запутавшись в волосах. – Я зря сюда пришел, да? Ни одна из вас не знает, где саркофаг. Тогда я прощаюсь с тобой. Если вдруг обнаружишь, дай знать – не пожалеешь.

Алекс встал, отвесил короткий поклон и подошел к стеклянной стене. Дотронулся ладонью до стекла, от чего оно пошло трещинами, пока не разбилось в дребезги. Затем парень исчез. Такой скорости в закрытых помещениях Магдалена не наблюдала даже у псаев молнии, у Алекса и вовсе была слабая пси крови. Менталист? Она бы заметила, с ее-то уровнем! Тогда как?!

– Мади Сардинас? – у дверей уже топилась охрана во главе с Борисом Максимовым, вовремя, ничего не скажешь. – Это сейчас был Алекс Венкс? – Борис указал на стену, и женщина, проследив за ним взглядом, увидела, что разрушено было не только стекло - камень тоже был обращен в пыль.

– Нет, – ответила она, поднимаясь со своего места. – Это был шиин.

Империя. Ирабэ. 46 день каелу.

Ей приснились дети в ворохе осенних листьев: мальчики играли в мяч, девочки плели венки. Они еще не разделились на друзей и врагов, на жертв и палачей, на хороших и плохих. Просто маленькие дети, оторванные от родителей к счастью или наоборот. Девочки спорили у кого лучше получился венок, мальчики кидали друг другу мяч, что-то говорили и смеялись. Один из них не рассчитал силу, и мяч улетел на несколько метров, упав рядом с забором. Кинувшего после непродолжительного спора отправили за потерей. А за забором стояла красивая женщина в бордовом платье, голову и плечи ее укрывал широкий палантин в тон, на глазах темные очки. Но Ева была уверена, что в глазах незнакомки застыли слезы. Девушка почти закричала мальчику, что это и есть его мама, что она любит его, потому и пришла, но только сделала шаг вперед, дабы сделать это, как… проснулась.

Ева полулежала на земле, прислонившись к широкому стволу огромного хвойного дерева, уходящего высоко вверх. Вокруг росло много похожих деревьев, чье название она никак не могла вспомнить. Рядом с базой подобных не было, значит она где-то в лесу. Одна? Ева огляделась, никого не обнаружила. Зато разглядела недалеко развалины, значит, Тван все-таки сумел приземлиться, где и планировал. Она попыталась встать и вскрикнула от боли.

– Имари, не вставайте! – умоляюще запричитал Тван, подходя к ней, оставалось только удивляться, почему она сразу его не заметила. – Сейчас я дам вам обезболивающее, мне удалось спасти аварийную аптечку.

Она снова закричала, но уже не от боли, а от вида верного андроида. Терминатор в одноименном фильме был намного симпатичней, Тван же походил больше на зомби, чем на робота: часть искусственной кожи на лице обгорела и обуглилась, глаза застыли на месте, словно Тван ослеп, а из-за грязи и копоти он весь был серо-зеленым.

Ева глубоко задышала, успокаиваясь, и не стала мешать андроиду поставить укол, а пока ждала, когда обезболивающее подействует, вспоминала, что же произошло. Вроде бы, они проводили учебный полет на флаере, когда их подбили. Ни Ева, ни Тван не знали, кто это мог быть, но он не без основания предположил, что на базу возвращаться опаснее, чем оставаться в лесу. Надеяться на то, что незваные гости сами по себе уберутся восвояси так же не приходилось. Ждать возвращения Лисарда как чуда? Можно, но толку? Интересно, кто найдет их первыми: волки или выстрелы чужих бластеров? На Еву вдруг снизошел приступ фатализма, перед которым меркли и боль, и страх, и тоска от разлуки с любимым. Ведь все смертны, разве нет?

Она закрыла глаза и вскоре снова погрузилась в сон – кажется, обезболивающее было еще и снотворным. Но больше ей ничего не приснилось.

Империя, Ирабэ. 47 день каелу

Вода закончилась утром, поэтому к обеду Еву мучила жажда, но об этом она не решалась сказать Твану. С него станется уйти за водой и оставить ее в одиночестве. И пусть чужие флаи перестали летать над лесом, волков девушка слышала не так далеко на рассвете. Возвращаться на базу так же было небезопасно, если они тогда заметили одинокий флай, то базу и подавно отыщут. По крайней мере, Еве так казалось. О чем думал Тван, она не знала и не спрашивала. Все произошедшее с ней, начиная с пиратского корабля и кончая позавчерашним нападением, казалось дешевым трешовым фильмом, где вместо взрывающегося вертолета взрывающийся флай. Или это в блокбастерах?

– Имари? – Ева повернулась к роботу, собираясь спросить в чем дело, но тот быстро прижал палец к ее губам. – Тише, они близко. Вы подниметесь к руинам и спрячетесь в них. Камни достаточно сильно фонят, чтобы датчики вас не обнаружили. Я в это время отвлеку огонь на себя и уведу преследователей. Главное, ни за что не покидайте своего укрытия, даже когда выстрелы стихнут. Если все понятно, кивните. Хорошо. А теперь поднимайтесь к руинам.

Спорить она не стала - Ева еще на корабле поняла, что героя из себя строить не нужно. В повторное появление Лисарда, как тогда у пиратов, она не верила. Где бы принц сейчас не находился, он никогда не вернется к ней. Уверенность в этом появилась, когда он только улетел, и теперь росла с каждой минутой в геометрической прогрессии. Потому она с помощью Твана спряталась в условленном месте и вслушивалась в окружающий мир. Выстрелов почти не было, только пару раз грохнуло где-то слева, закричал раненый волк и все смолкло. Ева сжалась, мечтая слиться с камнем, но услышала рядом с собой тихое рычание.

Напротив нее замерла огромная волчица с щенком в зубах. Зверь настороженно пригнулся, прижав уши к голове, и, положив детеныша на землю, оскалился. Замечательно. Очень своевременная встреча с хищником. Ева медленно поднялась и попятилась вдоль стены подальше от зверя. Волчица осталась на месте, но рычать не прекратила.

«Успокойся, – родился внутри нее Евы голос знакомый голос, принадлежащий ее второму «я». – Ты не тронешь его, он не тронет тебя. Теперь сообщи об этом зверю в той же фазе, в которой я говорил с тобой, и возвращайся на базу – там ждет помощь».