Словно живу не по сценарию.

И я вышла за его пределы.

Но все эти мысли превращаются в пыль, стоит мне вспомнить о еще одном человеке, который с ног на голову перевернул все. Палач. Я даже не хочу думать о том, что произошло, когда меня похитили. Я не помню, как оказалась в клубе. Если честно, все кажется сном и виртуальной симуляцией.

Я уже ни в чем не могу быть уверена. Ведь любое событие в моей жизни, может быть экспериментом Мака… Так, стоп. Это уже паранойя.

В момент, когда я непроизвольно прижалась губами к затылку Макколэя, я почувствовала, что он… расслаблен. Не то, что расслаблен, он мать его, спит. Все произошло так быстро, за доли секунды. Внутренности сжались от ощущения падения…

Удар о воду, казалось, разбил меня на части, что больше не соберешь.

Едва не потеряв сознание от давления на виски и недостатка кислорода, я, наконец, всплываю на поверхность воды. Стоит мне протереть веки, как новая неуправляемая волна вновь накрывает меня с головой, и я погружаюсь под воду. Иду ко дну, задыхаясь и теряя сознание, ощущая неимоверную боль в груди. Легкие разрывает.

Вот так все закончится.

Покой – это смерть, – напоминает в воспоминаниях голос Мака.

Но я не хочу сдаваться.

В мире еще столько всего прекрасного, о чем я читала в книгах, но никогда не видела. А жила ли я? В чем был смысл? Никому я не принесла пользы, а мечтала… вдохновлять сотни людей. Увидеть падающие звезды, находясь высоко в горах. Достать до них руками…

Мечтала встретить закат у океана, по-настоящему. Так чтобы просто сидеть на пляже, и наслаждаться каждым оттенком воды, что меняет цвет ежесекундно, когда в нее «падает» солнце.

Я мечтала создать что-то свое, что принесет пользу хотя бы маленькой группе людей.

Мечтала создать отношения, глубокие и искренние, и заглянуть в глаза маленьким крохам, которые появились на свет из нашей любви. С тем самым, единственным.

Я мечтала о принце, но сейчас поняла, что глазами всегда искала в толпе родственную душу… Руфус говорил, что все двери, которые мы так усердно ищем в своей жизни, всегда находятся на расстоянии вытянутой руки. Нужно только знать, как их открыть.

И одновременно с вытекающей из меня жизнью, спадает и бремя ответственности. За маму… а теперь еще и за сестру?

Я открываю глаза под водой, и вижу стаю серебристых рыб, похожих на звезды.

В секунду, когда меня начинает трясти от недостатка кислорода, я ощущаю, как некая сила выталкивает меня на поверхность. И я отчаянно цепляюсь за эту силу, рискуя потянуть ко дну нас обоих… наконец, под собой я чувствую твердую спину Карлайла.

– Держись, – кашляя, напоминает Макколэй, и я крепче обвиваю его плечи, еще не совсем понимая, что происходит. И не хочу отпускать. Но Мак опускает меня на песок, и сам опускается на колени напротив меня. Его грудь резко вздымается от тяжелого дыхания, и его взгляд снова прожигает меня насквозь.

Никогда прежде я не чувствовала себя настолько «на волоске от смерти». Это падение, и чувство того, как твое тело беззащитно перед бушующей стихией, заставило меня задуматься…

О том, насколько хрупка моя жизнь. И даже если эта жизнь кажется мне бесправной, отвратительной, бессмысленной… это не так.

Есть какой-то сакральный смысл в том, что я просто сейчас смотрю на этого мужчину, что выглядит не менее мощно, чем бескрайний океан позади него.

Есть, потому что, несмотря на все, что произошло, у меня сердце болит и поет одновременно, когда я встречаюсь с ним взглядом.

Есть, потому что, глядя на него, я испытываю настолько глубинные эмоций, что они… они просто не могут быть чем-то пустым и незначимым.

Притяжение, которому невозможно противостоять. Но я буду…

Мой взгляд скользит по белой рубашке, прилипшей к мокрому загорелому телу Мака. Три верхние пуговицы распахнуты, и облизнув губы, я рассматриваю его ключицы, и литые бронзовым загаром грудные мышцы. Его пресс сжимается под воздействием моего взгляда, пока я наблюдаю за каплями воды, стекающими с одежды. Снова возвращаюсь к лицу, заглядывая в зеленые глаза с угольно черным зрачком и такого же цвета окантовкой. Человек просто не может обладать подобным ДНК. Мак всегда производил впечатление того, кто прилетел с другой планеты. Но в свете рассветного солнца, в окружении первозданной природы, он действительно выглядит, как представитель другой цивилизации. Атлант, вышедший на берег из недр затонувшей Атлантиды, не иначе.

Я рефлекторно отползаю назад, безошибочно узнав тот самый взгляд хищника. Тяжело дыша, пытаюсь поправить съехавшее с груди платье, но это бесполезно, потому что от удара с водой оно непонятным образом перекрутилось, задралось, прилипло к телу… неважно. Я вообще в шоке от того, что этот кусок ткани все еще на мне. И взгляд Макколэя красноречиво говорит мне о том, что для него – платья на мне уже нет.

– Мак, ты же не ста… – договорить не успеваю, потому что его ладонь до боли сжимает мою лодыжку. Мои пальцы врезаются в песок, и я пытаюсь оказать сопротивление, когда он рывком притягивает меня к себе.