С другой стороны, я сам могу не выполнять договор. Только как при таком случае освободить Рис и Лиция? Вопрос дня. Лучше всего думать, чем-то занимаясь, мимоходом, тогда нужные мысли сами приходят. Поэтому я полез в интерфейс.

Так, хорошая новость – кладка Царицы на месте. Значит, потенциальный капитал есть. Осталось лишь кому-нибудь его продать. Еще вроде шла речь про повышение уровня.

Тут и думать нечего – Красноречие и Выносливость. Конечно, с одной стороны, это не совсем те атрибуты, которые мне нужны. Но что делать? Я каким-то образом качаю постоянно не те навыки. Насчет последнего очка задумался. У меня и нож, и кошкодер относятся к коротким клинкам. Соответственно, так и так Ловкость подниматься будет. А со Стойкостью еще не все понятно. Ее и повысим.

Случилось, кстати, два важных события. Бодрость теперь остановилась на отметке 60 единиц – вдвое больше, чем у меня было изначально. Думается, можно и Атлетику покачать. Во-вторых, количество зарядов стало 36. Учитывая, что до десятого уровня рукой подать, там я уменьшу количество затрачиваемых за откат единиц. И смогу уходить назад во времени четыре раза.

Но не о том, не о том я все думаю. Надо еще узнать по поводу Троуга. Только сменить поход в гости. Не вламываться в дом и диктовать свои условия, а прийти с полным смирением.

Мои размышления прервала знакомая крохотная фигурка, мелькнувшая у входа. Тартр подошел к пергу за стойкой и стал вытаскивать разные склянки. Оранжевокожий придирчиво осмотрел принесенное и отсыпал моему знакомому пыли. Не много, кстати. Понятно, почему алхимик так радовался, когда обчистил меня.

– Тартр, – негромко позвал я.

Невысоклик обернулся и добродушно кивнул, как старому боевому товарищу. Ага, таких друзей – за хобот и в Эрмитаж. Помирать буду – вкатит мне счет по какому-нибудь левому поводу. Но сейчас алхимик сел как ни в чем не бывало и покосился на кувшин. Пришлось мне просить второй стакан и угощать его.

– Где твой друг? – спросил он, отхлебывая.

– Да так, отошел по делам. Слушай, Тартр, а ты не знаешь, случайно, Прыгающего?

Бедняга алхимик подавился пивом и начал кашлять. Пришлось мне стучать ему по спине. Когда Тартр отдышался, то посмотрел на меня неодобрительно. Мол, предупреждать нужно.

– Зачем он тебе?

– Найти надо. И забрать кое-что.

– Ха, – развеселился алхимик, – тогда я тебе не завидую. Многие пытались обнести Прыгающего. Да только с тех пор их не видели.

– А можно поподробнее? Кто это такой вообще?

– Прыгающий – самый известный алхимик, – сказал Тартр одновременно с завистью и восхищением, – да и маг он не последний. Раньше тут жил, при прошлом правителе.

– Алхимик? Не учитель твой, случаем?

– Нет, – совсем посерел коротышка, – наставник моего учителя. Меня… – он сделал паузу, раздумывая, рассказывать или нет. Однако все же решился: – Меня не взял. Сказал, что алхимической предрасположенности нет. Лавочником я стану, а вот гениальным экспериментатором – никогда.

– Расскажи еще о Прыгающем, – решил я сменить тему разговора.

– Все думали, что он место прежнего правителя и займет. Все-таки уважаемый Игрок был…

– Но что-то случилось?

– Пуль со своей бандой случился. Тот сразу понял, что к чему. Стал Прыгающего выживать. Палки в колеса вставлять. Говорят, вроде даже убить пытался. Вот тогда Прыгающий и сбежал. Туда, к горам, – указал Тартр куда-то в сторону. – Перевез мебель, реагенты, колбы, алхимические столы, книги. Там и живет теперь. Только самоубийца может сунуться к нему в пещеру. Говорят, она вся в смертельных ловушках.

– То есть выкрасть, скажем, какой-нибудь эликсир у Прыгающего – не вариант?

– Ни хитростью, ни силой это не удастся, – покачал головой Тартр, – скорее пантерфен на горе после дождичка в полную Синюю луну спляшет.

Я не стал уточнять значение этой идиомы, интересовало другое.

– Получается, Пуль и Прыгающий недолюбливают друг друга?

– Это раньше они друг друга недолюбливали. Теперь вражда между ними такая, что и представить трудно.

– А это замечательно, – отодвинулся я от стола, – просто великолепно. Теперь я хотя бы примерно понимаю, что надо делать.

Один тотемный зверь с головой, полной опилок, искренне считал, что лучшим временем для похода в гости является утро. Следовать канону не получилось – на дворе была середина дня. Но отвертеться от посещения верхней крепости Вирхорта не представлялось возможным.

Бастион находился наверху, будто приклеенный сбоку к горе. Издалека маленький, почти игрушечный, вблизи он оказался более чем внушительным. Массивные выпуклые башни, высокие стены, приземистый крепкий донжон. Такую крепость лучше всего штурмовать с воздуха, потому что с узкой дороги это делать было бессмысленно. С одной стороны – идеально ровные отвесные скалы (здесь явно поработали мастера-каменщики), с другой – обрыв.