— Просто ответь на вопросы Альфреда.

— Спрашивайте.

— Нам известно, что, прибыв во дворец, вы направились к господину визирю. Это так? — начал Брунен.

— Так.

— Почему не к великому шоно?

— Потому что с визирем у нас более тесные отношения.

— Он говорит правду? — спросил Альфред Юргена.

— Можно и так сказать, — ответил тот.

— Вы заходили в покои господина визиря? — продолжил задавать вопросы Брунен.

— Нет. Стражник сообщил мне, что он ушёл. В его отсутствие заходить нельзя.

— И что вы сделали?

— Пошёл искать визиря по дворцу. Прогулялся заодно.

— А вчера ты припёрся ко мне, когда меня не было! — возразил Юрген.

— Стражник не был в курсе, что ты ушёл. Ты вернулся через другую дверь.

— Здесь есть другая дверь? — оживился Альфред.

— Она соединяет наши с Оташем покои, — кивнул Шу.

— Когда вы последний раз виделись с господином визирем? — спросил Брунен.

— Вчера вечером.

— Где?

— На постоялом дворе.

— О чём вы разговаривали?

— О моей новой должности. Ещё мы пили арак.

— Юрген, ты мог рассказать о ценной вещи под влиянием алкоголя? — поинтересовался Альфред.

— Разумеется, нет! — возмутился Шу.

— Тогда у меня пока больше нет вопросов к господину Омари, — сказал Брунен.

— Я могу идти? — спросил амма.

— Да, — кивнул Оташ, — но ты не имеешь права покидать Шаукар без моего ведома.

— Так я и не собирался, — усмехнулся Омари. — Как раз наоборот. Я хочу остаться в Шаукаре. И что там с моей должностью?

— Я подпишу бумагу и лично вручу её тебе, когда буду на сто процентов уверен в твоей непричастности к произошедшему.

— Что ж, я готов подождать, — ответил амма и удалился.

— Он выглядит уверенным, — проговорил Альфред.

— Он всегда так выглядит, — сказал Оташ. — Он так выглядел, даже когда был приговорён к смертной казни.

— Однако его не казнили.

— Давайте не будем сейчас рассуждать о прошлом, — вмешался Юрген.

— Хорошо, — согласился Брунен. — Вы говорили, что ещё Наран знал о колесе солнца. Можно пригласить его сюда?

Появившись в покоях великого шоно, Наран выглядел слегка обеспокоенным.

— Мне сказали, что похищено что-то ценное. Только не говорите мне, что это то, о чём я думаю.

— Увы, — ответил Оташ.

— Ты знал, где хранится колесо солнца? — спросил Альфред.

— Нет, — покачал головой Наран. — Я знал только, что Юрген носит его на себе, когда уезжает.

— Это так? — уточнил Брунен.

— Так, — кивнул Шу.

— И когда ты уезжал последний раз?

— Я вернулся два дня назад.

— Куда ты ездил?

— В Яссу навестить кузена.

— И цепочка была на тебе. А потом?

— А потом я открыл тайник и вернул её на место, что непонятного? — Юргена уже откровенно злила вся ситуация.

— У тебя в комнате есть балкон. Как я понимаю, он сейчас всегда открыт.

— Да. Ты думаешь, кто-то забрался ко мне через него?

— Кто-то мог проследить, куда ты кладёшь подвеску, спрятавшись на нём.

— Но это должен быть очень ловкий человек.

— Кстати, о ловких людях, — сказал Наран. — Тот портрет, что вы мне дали. Карсак ходит с ним по городу. Уверен, он найдёт следы этого Кайсара.

— А что, если это связано? — вдруг предположил Юрген.

— Думаешь, Кайсар замешан в краже? — спросил Оташ.

— Ну, странное совпадение. Сначала выясняется, что в Шаукар сбежал убийца, а потом у меня крадут колесо солнца.

— Маловероятно, но не исключено, — проговорил Альфред. — У меня ещё один вопрос к тебе, Наран. Ты рассказывал кому-нибудь о колесе солнца?

— Нет, — ответил тот.

— Послушайте, — сказал Юрген. — Я тоже думаю, что кроме как через балкон, ко мне попасть было нельзя. Значит, это должен быть непростой человек. К примеру, я с улицы на балкон вряд ли залезу, не рискуя сломать себе что-нибудь. Уверен, что и вы тоже. Вы выгляньте, посмотрите. Это должен быть человек, который умеет вот так лазить. Такого и надо искать.

— Альфред, ты говорил, что Кайсар — циркач, — вспомнил Оташ.

— Он борец, — ответил Брунен. — Он не смог бы.

— А какой-то другой циркач?

— Акробат, например, — оживился Юрген. — Или гимнаст.

— Хорошо, — вздохнул Альфред. — Элли напишет в Нэжвилль запрос, не покидали ли другие циркачи страну. А пока я считаю необходимым обыскать все помещения дворца.

— Моим людям это не понравится, — ответил Оташ. — Получается, что я их всех подозреваю.

— Но мы должны убедиться в том, что колесо солнца покинуло дворец, — возразил Брунен.