Когда он вошел в меня пальцем, я снова упала на кровать. Когда добавил еще один, я насадилась на них, словно они были его членом. Мои бедра двигались под его ритм, я была рабыней его пальцев, его ненасытного рта. Я напряглась от его беспощадных движений, цель каждого из которых было заставить меня броситься через край в глубокую бездну удовольствия.

Мои бедра задрожали, и я кончила, освобождение пронзило меня, пока я терлась об его рот. Его имя скатывалось с языка стоном, мое лоно снова и снова сжималось, испытывая оргазм, пока Син продолжал трахать меня пальцами.

Когда я расслабилась на кровати, он навис надо мной и провел по моим губам пальцами. Я взяла их в рот и облизнула, прежде чем он поцеловал меня и разделил со мной вкус. Он перенес свой вес на локти, стараясь не раздавить меня. Я не хотела осторожничать или опасаться. Я хотела Сина.

— Трахни меня. — Я дернула его за волосы, не жалея сил, когда он поцеловал меня в шею.

— Стелла, я тебя предупреждаю.

Потянула сильнее, пока он не встретился со мной взглядом.

— Не предупреждай. А трахни.

Он запустил руку в мои волосы и потянул, пока мне не пришлось выгнуть спину.

— Это то, чего ты хочешь?

— Да.

Провел губами по моему горлу и прикусил его.

— Этого?

— Да.

Толкнулся бедрами в меня.

— Этого?

— Да, пожалуйста.

Синклер встал и снял свой ремень, бросив его на кровать рядом со мной. Затем освободил свой член и залез обратно на меня. Когда его головка коснулась моего клитора, я застонала и попыталась поцеловать его. Он отстранился и схватил ремень.

— Сложи руки вместе над головой.

Я выгнула бровь.

— Нет.

— Стелла. — Его голос хрипел, когда он обрушил на меня свой вес и связал руки над головой. Он обвил ремнем вокруг моих запястий и туго натянул его, затем ослабил немного. Он крепко поцеловал меня, так, как раньше — так, как я хотела.

Я раздвинула ноги как можно шире, и он скользнул членом вниз к моему входу.

Син моргнул и помедлил.

— Я причиняю тебе боль?

— Недостаточно, — выдохнула я.

— Черт, ты была создана для меня. — Он вошел в меня наполовину, вышел, а затем скользнул до конца под мой стон.

Син просунул под меня руку и приподнял, сдвигая к одному из столбиков кровати, его член все еще находился внутри меня. Он обвернул свободный конец ремня вокруг столба и завязал свободным узлом. Затем дернул мои бедра вниз, узел натянулся и удержал меня на месте, когда его член проник еще глубже в меня.

— Я не хочу, чтобы тебе было больно. — Он опустился на меня сверху и начал двигаться медленно и глубоко.

— Я доверяю тебе.

Синклер поцеловал меня так нежно, словно пробовал на вкус.

— Я не хочу когда-либо потерять это доверие.

— Не потеряешь.

— Я против твоей поездки на коронацию. Если потеряю тебя, то не знаю, что я буду делать.

— Не потеряешь. — Я захватила его губы, отнимая страх поцелуем, когда он толкнулся сильнее.

Его язык боролся с моим, и Син набирал темп, заставляя мою киску сжиматься с каждым толчком. Я приподняла бедра, чтобы каждое трение проходилось по клитору. Он просунул руку подо мной и обхватил пальцами мое плечо, полностью взяв контроль на себя, и жестко трахая меня, наконец, беря то, что принадлежало ему.

Я стонала, пока он целовал мою шею и ласкал грудь. Он сжал, а затем ущипнул мой сосок, когда я натянула ремень. Тщетно. Я хотела быть пойманной.

— Ты — всё для меня. — Синклер уткнулся лицом в мою шею и укусил место под мочкой уха. — Я никогда не смогу существовать без тебя. Обещай мне.

Мое сердце — преданное, разбитое и оскорбленное — внезапно забилось с новой целью. Я жила для него, ради жизни вместе за пределами мира Приобретения.

— Обещаю.

— Спасибо. — Он поцеловал меня в подбородок. Его глаза блестели в тусклом свете, когда он набросился на мой рот и спустился рукой туда, где соприкасались наши тела.

Его большой палец нашел мой клитор, и я воспламенилась, каждая клетка моего тела сосредоточилась на его движениях. Син проглотил мой стон и настойчиво погладил меня, требуя, чтобы я кончала от каждого прикосновения его пальца. Мое тело напряглось от накатываемой волны. Должно быть, он почувствовал это — ускорился, его член снова и снова наполнял меня, пока мое тело не сдалось, ноги не задрожали, а бедра не сжались, когда я получила освобождение.

Он застонал мне в рот и глубоко вошел, его член дернулся, пока я выдаивала его, оргазм накрывал тело, словно волны, набегающие на берег.