– Рис, давай скорее, – ухватил я девушку за рукав.

– Сереж, погоди. Я знаю, почему эта тварь здесь оказалась.

– Какая теперь разница? Побежали.

– Дай мне минуту. Даже меньше. Я покажу кое-что.

Я сомневался несколько секунд. Сдержался, чтобы не наорать на девушку, сделал пару вдохов и вопросительно качнул головой. Рис замахала рукой, предлагая следовать за собой и, не дожидаясь ответа, побежала по камням обратно. Путь себе она подсвечивала посохом, делая полукаст. Это вроде как начальная активация артефакта, наподобие прогрева машины перед поездкой. Благодаря подобному действию, я хотя бы мог наблюдать, куда перемещается девушка.

Благо, ушли мы относительно недалеко, оказавшись на том месте, где впервые и столкнулись с пауком. Рис обошла груду камней и протянула руку, на что-то указывая. Подсвечивая, я подобрался ближе и стал осматривать находку. Весьма странную, если честно. Все здесь было усеяно небольшими помятыми канистрами, похожими на те, в которых автолюбители иногда возят бензин. Я насчитал несколько десятков.

– Что это?

– Все, что осталось от отряда, который отрядили, чтобы добыть эйтил.

– Что добыть?

– Ну, это жидкость внутри крупных пауков так называется. Эйтил. Его используют для охлаждения термоядерных реакторов кораблей в центральных мирах. Разводят, чего-то добавляют, в общем, я тебе точную формулу не скажу. Но стоимость эйтила космическая. Во всех смыслах. Потому что он вырабатывается лишь в пауках Хиста.

– Понятно, вроде как нефть из динозавров.

Рис так многозначительно посмотрела на меня, будто потеряла последние остатки уважения к моей скромной персоне. Но все же продолжила:

– К слову, я теперь понимаю, зачем наемники построили здесь такой дорогой в эксплуатации Оплот. Через них энергетические компании центральных миров достают эйтил. Остальным приходится посылать за ним группы боевиков сюда. Вооруженные беззвучным оружием и магией. Хотя даже они могут привлечь внимание. И, как ты понимаешь, не все возвращаются домой после таких походов.

– Ясно. Группа наткнулась на паука. Он их покрошил, а те его лишь ранили. Нам-то с этого что?

– Блин, Сереж, это же очевидно. Рядом лежит целая груда дорогущего материала. Который можно продать. Скажу больше, в центральных мирах он дороже пыли. И может нам пригодиться. Ладно бы, если бы емкостей не было. Так вот они. Бери не хочу.

– У нас времени нет.

– Так мы быстро. Лишь парочку наполним.

Я поднял одну из канистр. Легкая, похожая на металлическую, но с очень уж странным отблеском. Зачарованная. Ладно, может в этом и есть какой-то смысл. Я сложил четыре пустые канистры в инвентарь. Вообще, при желании можно было бы его заполнить полностью, и начал поторапливать Рис.

Спустя несколько драгоценных секунд мы вернулись к пауку. Оставался главный вопрос – как этот самый эйтил добыть. Благо, у меня под рукой была Рис. Которая без лишних слов потребовала лунную сталь.

Она взобралась по ногам на туловище поверженного паука. Тот, без головы, и освещаемый только моей рукой и посохом Рис, выглядел странно, нелепо, даже завораживающе. Будто колонны затонувшего города, что аквалангист обнаружил случайно при очередном погружении. А вот девушка к трупу паука никакого благоговения не испытывала. Она пробила хитиновый корпус, точно бочонок с вином, расширив отверстие, через которое уже сочился тот самый эйтил. Пах он резко, отталкивающе, будто перебродившая сивуха.

– Чего стоишь? Набирай! – крикнула Рис, совсем уже позабыв о безопасности.

Я осторожно, чтобы темная субстанция не попала мне на руки, открыл канистру и подставил под тонкую струю. Рис к тому времени спустилась ко мне, подсвечивая своим посохом. Я вдруг подумал, что мы похожи на полоумных водителей на заправке, что с помощью зажигалки смотрят, сколько бензина осталось в бензобаке. Однако Рис меня утешила, объяснив, что эйтил не горит. По крайней мере, сырец.

Когда мы набрали пять канистр и принялись за шестую, в груди неприятно защемило, а между лопаток пробежал холодок. Пора!

– Уходим, – сказал я, убирая емкости в инвентарь.

– Сереж, осталось всего ничего, – возмутилась Рис.

– Уходим! – грозно прошипел я, и девушка послушно захлопнула полупустую канистру.

Теперь мы передвигались не так осторожно, как раньше. Я бежал с вытянутой рукой, освещая светом дорогу впереди. Рис пару раз шмальнула файерболами, чтобы мы рассмотрели дальнейший путь. Весьма своевременно, кстати. Потому что тропа как раз ныряла между скалами, и мы легко могли бы пропустить ее.