– В городскую больницу! – приказал Владимир, усевшись на заднее сиденье.

– Слушаюсь, барин! – Кучер щелкнул хлыстом, и коляска тронулась, однако ехала она не так быстро, как хотелось Владимиру.

– Далеко до больницы? – нетерпеливо поинтересовался Владимир, взглянув на часы. Был уже десятый час.

– Тут все недалече, барин. Город-то небольшой. Вы, небось, спешите? Зря, жить надо не спеша, ведь конечная остановка для всех одна – кладбище!

Владимир, все еще полусонный, скользил взглядом по сторонам, не воспринимая ничего из увиденного. Волнения перед знакомством с новым местом работы не было, и это его удивляло. Ушли прочь сомнения относительно правильности сделанного им выбора после окончания университета. Он был готов начать новую жизнь!

Владимир с любопытством рассматривал проплывающие мимо дома. Улица постепенно преобразилась. Небольшие деревянные домики, прятавшиеся за дощатыми заборами в зелени садов, сменили настоящие городские, двух-и даже трехэтажные кирпичные дома. Ему даже показалось, что он не уезжал из Киева, а всего лишь очутился в незнакомой части города. Конечно, здешние узкие улицы были не чета роскошным Крещатику или Фундуклеевской. Все выглядело гораздо скромнее. Народу на улицах было немного, судя по одежде – мастеровые или торговцы.

Они въехали на большой пустырь между домами, по которому девочка лет десяти гнала впереди себя двух козочек. У Владимира возникло ощущение, что они вот-вот выедут из города.

– Скажи, любезный, далеко еще? – Владимир нетерпеливо взглянул на часы. – Где это мы?

– Александровская площадь, отсюда до богоугодного заведения, которое вам требуется, рукой подать.

Гордое и венценосное название пустыря показалось Владимиру забавным, и он улыбнулся. Через минуту они подъехали к длинному одноэтажному оштукатуренному кирпичному зданию с множеством окон, к которому, казалось, со всех сторон подступали жилые дома, и коляска остановилась.

– Приехали, барин. Вот наша городская больница. С вас двугривенный, барин! А коли от щедрот добавите…

Владимир сунул ему четвертак и быстро выбрался из коляски.

К входу в здание, обычному крыльцу с навесом, тянулась длинная змейка ожидавших приема людей. Вид у больницы был простоватый, и у Владимира, сопоставившего ее с киевской Александровской больницей с красиво украшенными фасадами корпусов, вольготно раскинувшейся на Кловском урочище, возникло тоскливое ощущение, что он совершил ошибку.

«Что ты хотел тут увидеть? Дворец?» – вступил с ним в полемику внутренний голос, но отвечать ему у Владимира не было ни времени, ни желания. «Поработаю здесь с годик и вернусь в Киев», – решил он. Немного успокоившись, он направился вдоль очереди к входной двери.

– Куда прешь, не видишь, что тут очередь?! – Крупный, плотный мужчина в косоворотке и пиджаке, пронизывая его злым взглядом, преградил ему дорогу.

От этого человека, явно недалекого ума, исходило ощущение звериной силы.

– Я новый врач! Позвольте пройти!

Мужчина минуту подумал – смысл сказанного не сразу дошел до него – и лишь затем посторонился:

– Проходите, раз такое дело.

За дверью на табурете сидел полный татарин в несвежем белом халате, видимо, в его обязанности входило следить за соблюдением очередности и направлять больных к тому или иному врачу. Татарин недовольно скривился и угрожающе поднялся, увидев Владимира, но тот его опередил:

– Проводите меня к главному врачу. Я новый лекарь, приехал из Киева.

На лице татарина появилась угодливая улыбочка, он что-то произнес, но так быстро, что ничего нельзя было разобрать. Он повел Владимира по длинному больничному коридору и остановился у двери с табличкой «Главный врач Антон Харлампиевич Свечников». Вот тут Владимир занервничал. Он постучал, и ему ответил приятный баритон:

– Войдите!

В просторном помещении за канцелярским столом, покрытым зеленым сукном, сидел мужчина лет шестидесяти, профессорской внешности: пышная седая шевелюра, белоснежная, аккуратно подстриженная бородка и очки с толстыми линзами. Перед ним громоздилась стопка папок.

Владимир представился и положил на стол бумаги, подтверждающие его квалификацию лекаря, окончившего университет с отличием.

– Присаживайтесь, Владимир Иванович! – любезно предложил ему главврач и стал внимательно просматривать его документы, то и дело одобрительно кивая. Закончив, он отложил их в сторону. – Владимир Иванович, как вы считаете, где вы сможете наилучшим образом применить полученные вами знания? – Главврач посмотрел на Владимира, по-отечески улыбаясь; его близорукие серо-голубые глаза излучали добродушие.