– Проходите, - пригласил он. В правой руке держал стопку пластинок, прижимая её к груди. На нем был зеленый свитер и белая рубашка, расстегнутый воротник которой торчал из свитера.

– Меня зовут Хад. Это от Хадсон. Хадсон Пэтт. С двумя "т". Проходите.

Клинг вошел внутрь. Хад не спускал с него глаз.

– Вы не староваты для такого дела?
– спросил Хад.

– Скоро на пенсию, - ответил Клинг. Осмотрелся вокруг. Тому, кто обустраивал помещение, пришлось немало потрудиться. Трубы на потолке были закрыты панелями, выкрашенными в белый цвет. Выбеленные стены до половины обшиты светлыми стругаными досками. Пластинки без конвертов, прикрепленные к стенам и потолку, производили впечатление воздушных шаров, улетевших из гирлянды торговца. Вокруг были расставлены кресла и длинный диван. На белом корпусе радиолы нарисованы черные ноты и скрипичный ключ. У широкой арки, за которой Клинг увидел соседнюю комнату, стояли музыкальные инструменты и пюпитры. В обоих комнатах кроме Хада и Клинга никого не было. Кем был ни был Томми, он словно растворился в воздухе.

– Вам тут нравится?
– спросил Хад и с улыбкой взглянул на Клинга.

– Мило, - ответил тот.

– Мы все здесь сделали сами. Все эти пластинки на стенах и потолке мы купили оптом по два цента. Смотрятся они здорово, и не скажешь, что от этого хлама один тип хотел избавиться. Одну мы хотели послушать, - и раздался только скрежет. Звучало это, как налет на Лондон.

– О котором вы, несомненно, прекрасно помните, - заметил Клинг.

– Что?
– переспросил Хад.

– Вы член этого клуба?
– снова спросил Клинг.

– Разумеется. Днем тут вход только для членов клуба. Собственно, могут ходить к нам и не члены, кроме пятницы и воскресенья. Тогда у нас свои вечеринки.
– Он в упор взглянул на Клинга. Глаза у него были большие и синие.
– Танцы и все такое. Сами знаете.

– Знаю, - ответил Клинг.

– А иногда подаем и пиво. Это не вредно, а человек может отдохнуть, Хад ухмыльнулся.
– Здоровый отдых - это именно то, что нужно крепкой и румяной американской молодежи, я прав?

– Абсолютно.

– Так говорит доктор Мортессон.

– Кто?

– Доктор Мортессон. Он пишет статьи в одной газете. Каждый день здоровый отдых.
– Хад не переставал ухмыляться.
– Зачем вы хотите арендовать клуб?

– Я член общества ветеранов войны, - сказал Клинг.

– Ну и что?

– А то. У нас будет... встреча... ну, с женами, с девушками и все такое...

– Ну, конечно, - сказал Хад.

– Так что мы подыскиваем место.

– А почему бы вам не попробовать в Доме Американского Легиона?

– Великоват.

– Ага.

– Я подумал об одном из клубов попроще. Ваш мне очень понравился.

– Я вам верю, - сказал Хад.
– Мы все тут сделали своими руками.

Он подошел к радиоле, казалось, чтобы положить возле неё стопу пластинок, но потом передумал и обернулся.

– Слушайте, а когда это вам нужно?

– В субботу вечером, - сказал Клинг.

– Это хорошо... потому что у нас вечера отдыха всегда по пятницам и воскресеньям.

– Да, я знаю.
– сказал Клинг.

– А сколько вы можете заплатить?

– Ну, все зависит... Вы уверены, что хозяин дома не помешает, если мы приведем девушек? Ничего такого, разумеется, вы понимаете. У нас многае женаты.

– Ах, ну разумеется, - Хад сразу приобрел сочувствие к проблемам взрослых людей.
– Я вас понимаю. Ничего другого у меня и в мыслях не было.

– Но придут и девушки.

– Ну, какие проблемы!

– Вы в этом уверены?

– Разумеется. Сюда постоянно ходят девушки. Они могут посещать наш клуб.

– В самом деле?

– Точно, - заверил его Хад.
– Членами нашего клуба состоят двенадцать девушек.

– Из тех, кто живет поблизости?
– спросил Клинг.

– Большей частью - да. Издалека никто ездить не будет.

– Не мог бы я познакомиться с кем-нибудь из них?
– спросил Клинг.

Хад смерил его взглядом, прикидывая возраст.

– Сомневаюсь, - ответил он, и его дружелюбие к миру взрослых сразу исчезло.

– Когда-то я жил здесь неподалеку, - солгал Клинг, - и знал в окрестностях уйму хорошеньких девушек. Не удивлюсь, если девушки из вашего клуба - это их младшие сестры.

– Это возможно, - согласился Хад.
– Ну, а как же вы их звали?

– А зачем тебе это знать, приятель?
– раздался голос откуда-то из-за арки. Клинг резко повернулся. Высокий парень выходил из-под арки в комнату, застегивая молнию на джинсах. Он был высокого роста, широкие мускулистые плечи, распиравшие майку, переходили в узкую талию. Волосы у него были каштановые, глаза - карие, почти шоколадные. Он был необыкновенно красив и всем поведением недвусмысленно давал понять, что прекрасно знает об этом.