Лотта, сообразив, в чем дело, закричала:

– Прекратите вы, оба!

Видя, что мужчины не обращают на нее внимания, она кину-лась с кулаками на Кецетина. Но тут колдун потерял сознание, просто не выдержав. Его щит рассыпался, заклинание добра-лось-таки до цели. Лотта замерла, уставившись на колдуна, ле-жащего в обмороке. Заклинание разорвало мантию на его груди, выставив напоказ раны.

– Как зрелище? – с усмешкой спросил маг у королевы. – И, поверь мне на слово, это далеко не все.

– Что это… Кто это сделал?

– Никто, – буркнул Кецетин. – Это магия. Ему сейчас нужен постельный режим и покой. А ты его тащишь… Разбирай-тесь сами, – махнув рукой, он ушел.

Женщина растеряно проводила его взглядом и нахмурилась, соображая, что же делать.

Наконец она остановилась на опти-мальном, с ее точки зрения, варианте: распахнула окно, открыв путь зимнему воздуху. Ожидаемый эффект не замедлил сказаться: очень скоро Жорот пришел в себя.

Лотта закрыла окно и задумчиво уставилась на колдуна. Он, скользнув взглядом по дыре в одежде, поморщился, провел рукой – прореха исчезла, словно ее и не было.

– Почему вы не залечите раны?

– Это не раны. Это стигматы. Они магическими способами не лечатся.

– Насколько я знаю, они вообще лечатся очень трудно, – осторожно заметила королева.

– Не в моем случае. Несколько дней и все пройдет.

– И для этого вам нужен покой.

– Конечно, так было бы лучше. Но не критично. Когда я должен выехать? И мне нужен отряд – человек пятнадцать, на-верное, хватит. Коль уж у противника присутствует маг, я не смогу отвлекаться на их воинов.

– Кроме отряда что-нибудь еще нужно?

– Нет.

– Сколько вам требуется на сборы?

– Часа два.

– К этому времени я соберу людей… Прислать служанку, чтоб она помогла вам собраться?

Колдун, подумав, кивнул:

– Буду вам признателен.

Ровно два часа спустя Жорот вышел наружу. Во дворе стояли пять аэрокаров. Каждый из них вмещал пять человек, не считая водителя. Около одного стояла Лотта. Она помахала рукой. Кол-дун подошел. Сквозь прозрачное стекло он увидел рядом с води-телем – Сауру.

– Садитесь на заднее сиденье. Там достаточно места, чтобы поспать.

– Благодарю, я лучше вперед… Кто еще едет в этом аэрокаре?

– Я.

Жорот нахмурился, но повторил:

– Если вы не против, я хочу сесть вперед.

Лотта молча села на заднее сиденье.

Аэрокар мягко набирал скорость. Королева с заднего си-денья заметила:

– Я на вашем месте все-таки поспала бы. Мы через восемь часов будем на месте…

– Сколько? – Жорот обернулся. – Вы же сказали, что она послала зов…

– Девочка ехала четвертым классом – им позволено путе-шествовать состоятельным людям без титулов. Мы используем трассы высшего класса.

– Не безопасней было бы ее просто отправить по официаль-ным каналам, через посольство, например? – резко спросил кол-дун.

На сей раз на лице королевы появилась гримаса неприкры-того презрения.

– Я не сомневаюсь, что вы специалист в магии, – ледяным тоном процедила она. – Но в политике вы – младенец!

– Извините. Благодарю за предупреждение, – он повернулся к Сауре. – Долгой жизни и быстрой смерти, – ритуальная фраза вежливого приветствия и оказания уважения прозвучала на языке кошанов. Саура с интересом взглянула на собеседника.

– Того же тебе и твоим близким, – промурлыкала она.

– Вы командир отряда? – он перешел на местный диалект.

– Да.

– На пути остановки будут?

– Мы осмотрим место, где все произошло. Там ждет один из местных чародеев.

– Он поедет с нами?

– Не знаю.

Сзади подала голос Лотта:

– Нет. Он снял свежий отпечаток и должен передать его.

– Хорошо, – Жорот развернулся так, чтобы сидеть лицом к обеим дамам. Но обращался к Сауре:

– Мне надо пометить людей из отряда.

– Что я должна для этого делать?

– Просто постройте их на несколько минут.

Саура кивнула.

– На стоянке.

– Хорошо. А теперь я действительно посплю. Разбудите меня за полчаса перед прилетом, пожалуйста.

Аэрокары опустились на большую лесную поляну. На краю, под одним из деревьев, валялся покореженный аэрокар, а в на снегу лежало десятка полтора "призраков" – объемные магические контуры на месте трупов.

Саура, окликнула Жорота:

– Люди готовы.