— Наши прародители получат все самое лучшее, — возразила Ро. — Господи, Мики. Ты только подумай… — Она повернулась к штабелям ящиков, образующим двойное кольцо внутри круглого лифта, с выпирающими изнутри маленькими рефрижераторами. Мы начали спуск в шахту. Я не видел лица Ро, но голос выдавал ее волнение: — Подумай, как это много значит — получить доступ к их памяти…

Я прошелся кругом и между ящиками. Высококачественная, старого образца светлая сталь, прекрасно формованная и сваренная, слегка поблескивала.

— Скопище болтливых старичков, — прокомментировал я.

— Мики… — произнесла Ро с мягким укором Она знала, о чем я думаю.

— А они снабжены бирками? — спросил я.

— Это еще одна проблема, — признала Ро. — У нас есть список имен, соответствующий пронумерованным контейнерам, но Стартайм предупредило нас, что не исключены некоторые неувязки. Очевидно, после истечения гарантийного срока в регистрационные записи внесли путаницу.

— Как такое могло случиться? — Отсутствие профессионализма потрясло меня больше, чем тот очевидный факт, что задача наша значительно усложнялась.

— Не знаю.

— А что, если Стартайм село в галошу и во всем остальном, что, если эти головы на самом деле просто холодное мясо?

Ро пожала плечами с безмятежностью, от которой меня просто передернуло, как будто она вовсе не считала катастрофой потратить впустую столько усилий и в поте лица заработанных сандовальских капиталов.

— В таком случае мы лишились кое-каких денег, — констатировала она. Но я не думаю, что они настолько растяпы.

Пока мы медленно опускались на дно шахты, Ро рассматривала контейнеры, стараясь обнаружить хоть одну скобу. И не нашла ни одной — все контейнеры были запакованы очень умело. — Нернсты говорят, что роботам Вильяма потребуется дня два для монтажа хранилища. Ты мог бы за ними присмотреть? Вильям отказался…

Я освободился от шлема, стряхнул в вакуумное отверстие пыль, приставшую к ботинкам на поверхности, и скривился в страдальческой усмешке:

— Почему бы и нет? Все равно без дела слоняюсь.

Ро положила руки в перчатках мне на плечи.

— Мики, дорогой!..

Я смотрел на ящики все более заинтригованно, сам тому поражаясь. А что, если они там живые и могут по-своему, по-покойницки поведать о своих жизнях? Это станет событием из ряда вон выходящим, даже историческим. Сандовальская община приобретет громадную известность, и это наверняка увеличит ее ценность для Триады.

— Ну хорошо, — сдался я, — но ты свяжешься с Нернстами и уговоришь их прислать сюда человека, а не просто инженера-арбайтера. Это нужно обговорить в проектировочном контракте. Я хочу, чтобы кто-то из них лично следил за работами до самого завершения.

— Об этом не волнуйся, — сказала Ро. Уже без перчаток, но все еще оставаясь в скафандре, она быстро обняла меня. — Вывозим! — Она вкатила первую тележку в складские ворота Ледяной Впадины, туда, где им предстояло храниться Бог знает сколько времени.

Первые признаки надвигающейся беды не заставили себя долго ждать. Шести часов не прошло, как мы выгрузили головы, а к нам уже пожаловала Янис Грейнджер, заместитель Фионы Таск-Фелдер.

Я как-то не удосужился рассказать Ро о перипетиях лунной политики, а она после отлета на Землю совершенно не следила за новостями. Между тем произошло нечто, год назад казавшееся совершенно немыслимым. Фиону Таск-Фелдер выбрали Президентом Совета Сообществ. Янис Грейнджер назначила нам встречу через секретаря Сандовальской общины, аккредитованного в Порте Инь. Я согласился, не имея ни малейшего представления, о чем со мной собираются разговаривать. Еще бы! Попробуйте отказаться от беседы с членом Совета. Через несколько часов ее персональный шаттл приземлился на Третьей Площадке. Я принял высокого гостя в скромно обставленном, но просторном зале для официальных мероприятий, расположенном в одной из штолен фермы, рядом с административно-хозяйственными помещениями.

Грейнджер в ту пору исполнилось двадцать семь лет. Это была черноволосая женщина с евразийскими чертами лица и америдианской кожей, скроенными на заказ уже после рождения. Строгий светло-голубой костюм хорошо сочетался с белой блузкой, схваченной в сборки у шеи. В сборках, словно в калейдоскопе, сменяли одна другую белые геометрические фигуры. Янис, так же как ее босс и „сестра“ Фиона, принадлежала к общине Таск-Фелдеров.

Таск-Фелдеры обосновались на Земле в качестве лунной общины. Такой неортодоксальный подход лет пятьдесят назад поверг бы всех в изумление. Поскольку все без исключения Таск-Фелдеры принадлежали к логологистам, это означало появление единственной лунной общины, построенной на религиозных принципах. В результате община Таск-Фелдеров оказалась на отшибе и не оказывала ощутимого влияния на лунную политику — если происходящее у нас: все эти хитросплетения взаимных услуг, реверансы в сторону соседей и сотрудничество малых общин, сообща противостоящих очевидному финансовому давлению — вообще можно назвать политикой.

Логологисты вели дела осторожно, придавая значение каждой мелочи, тщательно распределяя льготы и займы между другими общинами и Советом. Они невероятно быстро проложили себе дорогу наверх и добились всеобщего признания.

— Не так давно я ознакомилась в Совете с докладом о внутриобщинных проектах, — начала Грейнджер, грациозно опустившись в кресло напротив меня. За стол я садиться не стал. За ним подписывались контракты и заключались финансовые сделки. — Поскольку вы возглавляете крупнейший из нынешних проектов Сандовальской общины, хотелось бы обсудить его с вами.