Я резко вскакиваю на постели, заставив Пенелопу вздрогнуть. Она шокировано наблюдает, как я выскальзываю из-под одеяла и начинаю одеваться.

– Что ты делаешь? – спрашивает она, оперевшись на локоть.

– Ухожу. Не видно?

– Почему?

– Мне нужно кое-что сделать с утра, – отвечаю сквозь стиснутые зубы.

Соврал я неубедительнее, чем когда-либо. Это видно по тому, как Пенелопа оборачивает свое обнажённое тело простыней и подходит ко мне.

– Гевин, прости меня. Я не хотела тебя расстраивать. Пожалуйста, останься.

– Я не расстроен, – отчаянно настаиваю я. – У меня дела. Бл*ть, где мой второй ботинок? – кричу я, в панике осматривая комнату. Мне нужно убраться отсюда к чертовой матери, прежде чем кипящее внутри меня беспокойство выльется на Пенелопу.

– Вот, – она наклоняется, поднимает ботинок и протягивает его мне.

С туфлей в руке, расстегнутой рубашкой и надетой сикось-накось одеждой, я выхожу из ее спальни и оказываюсь у входной двери в рекордно короткое время.

– Гевин, – она догоняет меня перед самым моим уходом, – пожалуйста, просто скажи, что все в порядке. Прости меня, пожалуйста. Не сердись на меня.

Я опускаю голову и делаю глубокий вдох. Ее вины нет ни в чем, так что я должен что-то сделать, чтобы успокоить ее. Развернувшись на месте, я обнимаю девушку и прижимаюсь губами к ее виску.

– Я не сержусь на тебя, детка, – шепчу ей в висок. – Спокойной ночи. Я позвоню тебе завтра.

Отстранившись, выхожу за квартиры и нажимаю кнопку лифта, чтобы развалиться на части в уединении собственного дома.

Глава 28.

Нелл

Прошла неделя с тех пор, как Гевин столкнулся с Харли, и с каждым днем я чувствую, что он отдаляется от меня всё дальше и дальше. Самое обидное, что я понятия не имею, как это остановить.

С ежедневными репетициями к моему первому выступлению, которое должно состояться через неделю, и переживаниями за Гевина, дни пролетели в суматохе, а к заходу солнца я была на грани истощения. Понятия не имею, что мне делать. Не знаю, как помочь Гевину, учитывая, что он отказывается со мной делиться.

– Почему бы тебе просто не поговорить с ним? – спрашивает Пейдж со своего места в кресле. Мы все еще обитаем в апартаментах «Парагона», по максимуму пользуясь кабельным телевидением. Я растянулась на диване и наблюдаю за Чипом и Джоанной из телешоу. Я настолько сильно физически и эмоционально измотана этой неделей, что до сих пор не переоделась. Мне стоило бы прибывать в диком восторге от того, как сильно поменялась моя жизнь, но, увы, зудящая боль глубоко внутри меня нашептывает, что грядет что-то плохое, отбрасывая тень на счастье.

– Я пыталась, – бормочу я в ответ. – Уж поверь мне. Я всю гребаную неделю пытаюсь с ним поговорить.

У меня начинают гореть глаза и щипать нос, но я отказываюсь плакать. Слезы я позволяю себе лишь в одиночестве своей комнаты поздней ночью, после того как Гевин придумывает очередное оправдание не встречаться со мной.

Он уже исчерпал себя этими «я устал», «мне нужно немного собственного пространства», «завтра рано вставать, а я не хочу тебя будить». Он не отступает, что бы я ему не говорила. А когда он тупо исчезает, чтобы провести ночи в зале для хайроллеров, то просто извиняется. Для человека, который якобы поигрывает раз в месяц, три ночи на неделе – слишком много. Мы даже не занимались любовью с ужина в мою честь, если это вообще можно было считать занятием любовью. Нет, мне было хорошо. Круто, правда, но я не могла избавиться от ощущения, что он использовал меня, чтобы изгнать своих внутренних демонов.

Я скучаю по нему. Прошла всего неделя, а я все еще ужасно по нему тоскую. И я ненавижу себя за эту слабость.

Я знаю, что Пейдж за меня переживает. Она видела мои опухшие глаза и щеки в красных пятнах по утрам, когда я покидала свою комнату, но к ее чести, не давила на меня. Она просто предлагала свое плечо, чтобы я могла опереться, пока пытаюсь понять, как у нас с Гевином все пошло наперекосяк. И могу ли я вообще считать, что у нас с Гевином все еще есть отношения? Ну, хочу сказать, мы вместе всего несколько дней, а он уже от меня увиливает. Вот что происходит, когда ты влюбляешься в человека, который способен разбить тебе сердце.

Голос Пейдж прорывается сквозь мои «веселые» мысли.

– Судя по всему, у него сильный стресс. Почему бы тебе не удивить его? У тебя есть ключ от его номера? Может, тебе стоит просто заявиться к нему и приготовить вкусный ужин? Отвлечешь его от всяких мыслей...

Если честно, идея неплохая, но по какой-то причине я начинаю спорить:

– Повар здесь ты, Пейдж. Повезет, если я вскипячу воду и не спалю при этом отель.

– Тогда найди его и потребуй ответов! Пусть, черт возьми, расскажет, что происходит, – наставляет она. – Я не могу смотреть, как ты страдаешь, пора бы ему начать отвечать!