– Скажу, если отпустите, – прохрипел он.

Штефан помолчал, а потом кивнул:

– Говори.

– Поклянись Создательницей, что отпустишь, – потребовал раненый.

– Райна мне свидетель, – ответил Штефан.

– Сам я нанимателя не видел, – задыхаясь, произнес наемник, – но слышал, как старший его лордом Свардом называл.

Значит, все-таки император. Не захотел по–хорошему. Через нового главнокомандующего избавиться решил.

Штефан посмотрел на Бранко. Тот помрачнел, глаза его недобро сверкнули, а губы шевельнулись, беззвучно прошептав проклятие. Друг тоже понял, откуда ветер дует.

– Что ж, ты свободен, – бросил Штефан наемнику.

Тот дернулся, пытаясь встать, но не смог и, застонав, пополз в сторону дороги. Грязь смачно чавкала от каждого его движения, радостно принимая кровавую жертву, а Штефан наблюдал за раненым, думая о том, как сильно в человеке желание жить. Из последних сил, но ползет, от смерти уйти пытается.

– Зря отпустил, – Бранко сплюнул, глядя на жалкие попытки наемника сбежать.

– Ты рану его видел? Ему от силы полчаса осталось, – ответил Штефан и добавил: – Поехали. А то эти олухи опять мост поднимут, их тогда не дозовешься.

– Разогнать бы всех к рагжу, – поморщился Бранко. – Не замок, а сборище кретинов.

Штефан только хмыкнул. Эти плохи, а где других взять? Кого не найми, еще хуже окажутся.

– А что, командир, может, кого из наших ребят позовем? – не отставал Кражич.

Он уже думал об этом. С самого первого дня в Белвиле. И даже решился написать, да все недосуг было.

– Если император решил тебя убрать, он ведь не остановится, – мрачно добавил Бранко. – В замке нам верные люди нужны, а не тот сброд, что на воротах стоит.

– Напиши парням, предложи приехать и пообещай хорошее жалованье, – сказал Штефан. – И подъемные.

– Сделаю, – повеселел Кражич.

Друг отвязал лошадей, подвел Штефану его коня, вскочил в седло и добавил:

– Ох, и обрадуются ребятки! Это ж куда лучше, чем наемниками идти.

– Главное, чтобы согласились, – не спешил радоваться Штефан. – Стобард – не столица, здесь не всякий приживется.

– Эх, командир, плохо ты о наших парнях думаешь, – упрямо мотнул головой Кражич. – Они за тобой хоть к рагжу пойдут, не то, что в Стобард.

– А это почти одно и то же, – тихо пробормотал Штефан, трогая коня.

Они проехали совсем немного, когда увидели раненого наемника. Тот лежал посреди дороги, раскинув руки и уставившись в небо пустыми неподвижными глазами.

– Помер, – обронил Кражич.

Штефан ничего не ответил. Он думал о том, что это только начало. Император не отступится. За этими наемниками последуют другие, в ход пойдут проклятия и наговоры, или высшая императорская милость – бокал с ядом. Только вот и он не привык отступать. Штефан любил жизнь. Любил сильно, неистово, жадно. Так, как может любить человек, хорошо знающий, что она способна оборваться в любой момент.

– Подзадержались мы, – сказал он и пришпорил коня. – Не отставай, Бранко! Дома ратица ждет и банька горячая!

– И бабы? – в голосе друга послышался смешок.

– И бабы, – подтвердил Штефан.

А перед глазами снова маленькая точеная фигурка мелькнула, и он тряхнул головой, прогоняя непрошеное видение. Не хватало еще на девчонку заглядываться! Хороша синеглазка, да только не такая ему нужна. Зверю крепкие девки нравятся, сильные, в теле. А эта… Сожми покрепче, и пополам переломится.

Штефан пришпорил коня и помчался вперед. Кражич несся следом. Грязь летела из-под копыт лошадей, ветер бил в лицо, а он вдыхал полной грудью влажный ночной воздух и чувствовал себя удивительно живым, будто кто сил прибавил.

Не дастся он. Не раз уже смерть обманывал и сейчас сдюжит. К рагжу императора и его свору. Он, Штефан Крон, потомок стобардских королей, никому не позволит распоряжаться своей жизнью!

Илинка

– Как думаешь, зачем нас всех собрали? – шепотом спросила Златка, беспокойно поблескивая глазами.

Я только плечами пожала. Кто знает, что за блажь арну в голову пришла?

– Что, если опять кого казнить вздумают? – не унималась соседка.

После смерти Винкоша в замке только и разговоров было о том, кто следующим будет. Лершик с Салтой затаились, даже на нас кричать перестали, глава стражи который день трезвым ходит, а сами стражники по ночам не спят, замок охраняют, выслуживаются. Новый управляющий, дан Кражич, спуску им не дает, тренироваться заставляет, сам с мечом против них становится, по двору гоняет, как кутят малых. А девки наши из окон кухни наблюдают и млеют. Уж больно им пришлый дан по сердцу пришелся, целыми днями шушукаются, Милку, которая ему в бане прислуживала, расспрашивают, а та и рада стараться, расписывает то, что под одеждой у дана скрыто, во всех подробностях. И волосы, дескать, у него по всему телу золотые, и руки крепкие, а уж по мужской части так и вовсе удалец. Только мне ее байки не интересны. Была нужда про чужие утехи слушать?