— Догадки одно, а знание другое. — Парирует мама.

— Мамочка? — Тихо спросила Сини. — А за Омега 4, страшно было?

— Страшно, очень страшно, но мы справились, только вот заплатили очень большую цену. Кроганы потеряли больше четырёх тысяч бойцов, десант с других кораблей тоже не обошёлся без потерь. Лишь наша десантная группа никого безвозвратно не потеряла. — Говорю я.

— Я всё понимаю, доченька. Но зачем вы туда полезли, это было настолько необходимо? — Спросила мама. — Вас же могли там убить, причём всех. Я, конечно, понимаю, что вы спасли разумных, но в тоже время, рисковали очень большим количеством первоклассных войск. Оно того хоть стоило?

— Стоило мамочка, очень даже стоило. И дело было вовсе не в колонистах, а в том, что там создавали. Там, на этой проклятой всеми богами и духами станции за ретранслятором Омега 4. И мы справились со своей задачей, остановили Врага и его кукол, попутно освободив больше полумиллиона разумных всех рас. — Отвечаю я.

— Всё равно, вы сильно рисковали. — Сказала мама.

— Работа Спектра, такая работа, мам. — Тихо говорю я.

— Надо же, моя воскресшая девочка, всё это время была на самом виду. И моя дочь, Спектр Совета Цитадели. Как удивительно, это всё. А ты, на самом-то деле почти не изменилась, всё такая же огненно рыжая и зеленоглазая. И как же давно, я не чувствовала твой запах, только он стал немного резче и чуть более пряный. — Сказала Каади.

— Ну, я ведь взрослая женщина, живущая полноценной жизнью. Странно бы было, не изменись мой запах. — Ответила я.

— Мы знаем, что ты в паре с азари, почему азари, Женечка? — Спросил отец.

— Всё вечером расскажу, и да, готовьтесь, у меня, и не только у меня скоро свадьба. — Говорю я и вижу совершенно удивлённые взгляды родителей и Сини.

— Нет, ну я понимаю, что ты прилетела не одна и скорее всего со своей подругой. Но кто ещё-то?

— О-о-о! В нашем посёлке, кроме моих друзей, все наши. Так что готовьтесь, там и мама, и дядя Стивен и Наинэ, Хэмэ и Тамэ. Новерри и невеста Тама Сиррона. Так же Ванька и младший написал мне рапорт, с просьбой провести церемонию бракосочетания. Сказал, что не в силах отказаться от возможности жениться на борту столь легендарного корабля, как «Нормандия». — Ответила я.

— Младший, женится? — Удивился папа.

— О, да. На моей подруге, Тали’Зора вас Норманди.

— На кварианке, я помню, он писал об этом, а потом и рассказал мне, когда приезжал в отпуск. Говорил, что скучает и надеется на лучшее в делах Мигрирующего флота. Что позволит его девушке, вернуться к нему. А сейчас, кварианцы вернулись домой, а она выходит, нет? — Спросила мама.

— Она дочь кварианского посла на Цитадели и участвовала в нашем рейде. Ванька мне всю плешь проел, за то, что я её туда утащила. Он очень за нас волновался.

— Подожди, значит, Иван знал кто ты такая? — Спросил папа.

— Да пап, и он, и Хэмэ с Тамэ и Наинэ с дядей Стивеном, знали. Они узнали полтора года назад, от моей половинки Лиары Т’Сони. — Отвечаю я.

— И ничего не сказали нам?! — Почти в голос прошептала Каади.

— Мамочка, нечего было говорить, я тогда была немного мёртвой, почти мёртвой.

— То есть? — спросил папа.

— Заморозка в жидком метане, всё-таки не в азоте. Шанс заморозиться насмерть, был слишком большой. Так что, все кто знал, держали язык за зубами, не вынуждая близких и любимых выносить лишнюю боль. Не вините их, они действовали из лучших побуждений. — Говорю я.

— А после? — Спросила мама.

— После? После, я занялась слишком опасным делом, и попросила дядю и ребят молчать. Молчать до момента окончания миссии, и если она закончится благополучно рассказать всем остальным. Мама, узнала чуть раньше и, это не принесло ей покоя и радости, бой на станции «коллекционеров» дорогого стоил. И добавил мамочке седых волос в и так уже седую шевелюру. Рассказывать же вам, до момента возвращения не решились, дабы не волновать лишний раз.

— Жидкий метан, не лучший вариант для заморозки. Что, другого не было? — Спросил папа.

— Нет пап, и этот-то вариант компромисс, так как после крушения моего первого корабля, всё криооборудование пришло в полную негодность, хорошо хоть криона удалось добыть в руинах, а то, скорее всего мы бы с вами не разговаривали. — Отвечаю ему, и чувствую, как от папки пришла просто физическая боль.

— Ты ввела крион без анестетика? — Переспросил он.

— Пришлось.

— Духи! Доченька, как ты это выдержала?! — Простонала мама.

— Было больно, но выбора всё едино не было. Либо так, либо смерть от удушья.

Родители и Сини крепко прижались ко мне, поливая любовью и жалостью. Но, над всеми этими чувствами, все сильнее и сильнее разгоралась радость, дикая всёпоглощающая радость, что я живая и снова рядом с ними. Я снова начала плакать под напором их чувств, которые просто сносили любые мои потуги сдержаться.

Шорох из кустов и в нашу компанию рыжей торпедой ввинтился Барсик. Оглушительно тарахтя и тихо муркая, кот тёрся обо всех нас, облизывал лица всех подряд. Выражая свою радость, от встречи с близкими ему двуногими существами. Вслед за котом из тех же кустов вылез Полкан, и вся процедура повторилась, только пёс прихватывал ещё и рыжего за компанию. На что, котище лишь тихо, довольно пофыркивал.