— Даже так? Мне признаюсь, говорили несколько другое.

— Это вы про триллион?

— Кхм-м-м. — Улыбнулся мужчина, — Признайтесь, Спектр, это ведь была ваша инициатива?

— Не буду этого отрицать, но вы бы могли получить доступ к технологиям, просто приняв участие в разработках, как равный партнёр, как делают Республика и Иерархия. Думаю, биоблокада, стала бы для вашего народа, не отличающегося долголетием, хорошим подарком. Прожить лет сто двадцать, думаю, не откажется ни один саларианец, включая вас советник.

— Но сейчас вы не можете пока нам её предоставить?

— Разработка идёт, но это потребует времени у нас ещё куча проблем с вакциной для кварианцев, и на вас пока время выделяют по остаточному принципу, простите…

— Я понимаю, Джейн, но как-то наверное можно форсировать процесс?

— У вас просили человека могущего в этом сильно помочь, но ваши далатрессы даже не желают слышать о нём.

— Имя?

— Что простите?

— Скажите мне его имя, Джейн.

— Мордин Солус.

— Здесь сложности… — Проговорил Валлерн, откинувшись на спинку дивана.

— И в чём они, Советник?

— Профессор Солус мой наставник и друг, и он пропал.

— Пропал?

— Да, полгода назад собрался и уехал в неизвестном направлении и где он сейчас никто не знает.

— Черт? — Подумала я, — Рассказать или нет что он может быть на Омеге. Хотя, откуда мне знать, когда он приехал на станцию? Его может и не быть там, блин ничего не ясно…

— Так что, Советники, вы нам скажете насчёт миссии на Новерии? — Спросил Найлус.

— Совет одобряет ваши действия, Спектры, хотя публично мы этого заявлять не будем. — Говорит Тэвос, — Это может вызвать слишком неоднозначную реакцию. И да, Джейн, Найлус, Совет пришёл к однозначному выводу, что ваши действия крайне положительно влияют на ситуацию в Пространстве Цитадели и мы приняли решение расширить представительство людей в СПЕКТР. Так, по донесениям Спектра Крайка, мы приняли решение, что ваши друзья и напарники, Джейн, могут получить статус кандидатов. Как вы к этому относитесь, вы согласны?

— Это вы о моей пятёрке? — Удивлённо спросила я.

— Э-э-э, офицеры Хоффмайер, Санчес, Тонго и фон Арним ваша пятёрка? — Спросил Валлерн.

— Да, Советник.

— Тогда о них.

— Положительно, но кто будет их оценивать?

— Вы со Спектром Найлусом Крайком.

— Получится несколько однобоко, особенно если учесть моё к ним отношение, уместно ли?

— Вполне уместно Спектр Шепард. Ваши друзья и товарищи имеют схожие с вами самой моральные принципы, а Совет убедился, что включение Вас в СПЕКТР было самой большой удачей за последние годы. — Сказал Спаратус. — Так как?

— Ну, раз вопрос стоит подобным образом, то я согласна, как ты, Найлус?

— Я тоже согласен.

— Что же, все вопросы на сегодня решили и, пожалуй, нам пора. — Сказал саларианец, — Я попробую форсировать поиск профессора Солуса, Джейн. Но не уверен, в скором результате поисков.

— Я понимаю, советник и не требую невозможного.

— Я донесу данные переданные вами до совета далатресс, вопрос с биоблокадой необходимо форсировать, и вообще, всячески расширить контакты с «R.E.D.S. Industries», это в интересах Союза. — Саларианец встал, и подав руку, помог подняться Тэвос.

— До свидания господа. — Сказала Тэвос, взяла под руку Валлерна и двое разумных вышли из гостиной.

— Джейн, Найлус, поужинаете с нами? — Спросила давешняя турианка.

— С удовольствием, тётя Рин, как ты Джейн? — Спросил меня напарник.

— Я с радостью принимаю ваше предложение, мэм. — Ответила я.

— Что же дети, идите вымойте руки и прошу за стол.

Ужин прошёл в тёплой семейной атмосфере, даже Спаратус когда на него не давит должность, становится вполне адекватным. Советник много шутил, рассказывал интересные случаи из своей богатой на события жизни. Потом тетя Найлуса утащила напарника посмотреть какие-то личные голографии и записи касающиеся их семьи и мы остались с Советником вдвоём.

— Я хотел поговорить с тобой, Джейн. — Сказал Спаратус.

— Я догадалась, сэр.

— Знаешь, ты, именно ты заставила меня взглянуть, на всё что меня окружает по-новому. И спасибо тебе за то, что спасла моего племянника, нам с Дэзерин духи не дали детей и всё что у меня есть, это мои племянники и племянницы, дети моих родственников. Найлус всегда был мне как сын, и его смерть стала для меня тяжёлым ударом, а особенно когда выяснилось, что пал он от руки моего лучшего агента.

— Но он жив, Советник.