Перед нашим взводом встал наш инструктор, высоченный чернокожий мужик с шевронами мастер-сержанта и закатил десятиминутную речугу, что он Дэвид Джейкобс сделает из нас настоящих десантников. Брякая подкованными ботинками по бетонному полу казармы, он обещал нам, что самым заветным желанием для нас в ближайшее время станет просто выспаться. И ведь сдержал сволочь своё слово.

Женька (Месяц спустя)

Бля, не даром говорят, есть дураки, есть идиоты, а есть добровольцы! Вот ты, Женечка, такая «Доброволец». Ох, мамочки, я думала, что подготовилась к тому, что нас ожидает, наивная дурочка. Не, понятно, что по сравнению с некоторыми ребятами во взводе, которые просто сдыхали на ходу, вся наша пятёрка выглядела довольно бодро, но это привело лишь к тому, что нам приходилось помогать отстающим. Ох! Блять, долбаные рядовые «Гомеры Кучи», ну какого хуя, они пришли в десант, записались бы в милицию. Не пришлось бы таскать это сдыхающее мясо на себе. Рядом сидит Сильв, подруга упёрлась головой мне в плечо и с тоской смотрит на двери душа. Когда уже парни закончат. Те прекрасно понимая ситуацию, стараются поторопиться, но усталость такая, что шевелятся все как сонные мухи. А если не сходить в душ, то на следующий день будешь вонять так, что мухи будут рядом дохнуть.

Психологи молодцы, прекрасно подобрали мою пятёрку. Парни поначалу хорохорились, ну кроме Иесуа. Этого масая, кажется, вообще ничего не трогает, спокойный, молчаливый, невозмутимый и бегает как лошадь, словно вообще не устаёт, но я-то знаю… Вот из душевой повалили парни, больше напоминающие зомби, а не живых людей. На негнущихся ногах разбрелись по койкам и со стонами попадали на них. Расталкиваю Сильв и топаем в душевую. Там, со стоном, сдираю с себя бельё и лезу под горячие тугие струи воды. Рядом, с закрытыми глазами, стоит подруга. Хотя какая она подруга? С некоторых пор, она мне ближе, чем сестра, она как второе я. Эта девчонка знает обо мне всё, просто всё без остатка, как и я о ней. И это целиком и полностью мой косяк и вина или не вина, а счастье. Смотря с какой стороны посмотреть. Это всё результат моей самонадеянности и что уж говорить — откровенной дурости. Решила, что называется, научить одного природного эмпата, попавшегося мне, своим техникам и смешав методику азари и хранителей сунулась в чужой разум. В общем, по порядку:

Вообще, мы поначалу с Сильв не поладили. Гордячка, настоящая аристократка, графиня в…дцатом поколении, была должна подчиняться мне, как лидеру пятёрки. И это её очень сильно цепляло, ведь судя по моему личному делу, к которому имели доступ все ребята из отделения, как и я к их делам, я была замарашка с улицы, ещё и член банды и беспризорница до кучи. А она вся такая, отец подполковник планетарных войск, мать майор в них же. Поколения предков служивших в армии столетиями.

В общем, она меня постоянно цепляла, подкалывала и вообще вела себя вызывающе. Я её стоически терпела, несмотря на всё большее удивление остальных членов пятёрки и сумрачные взгляды сержанта. Но просто так скандалить я не хотела и ждала момента, когда девочка зарвется, и я с чистой совестью вызову её в круг и выбью всю дурь. В десанте сразу после войны первого контакта, ввели правило круга и вызвать туда, можно было любого десантника вплоть до собственного командира, и драться можно было тремя разными способами, первый до крови, второй до тех пор пока один не останется на ногах. И третий, что удивительно, насмерть! Только поединок насмерть должен утвердить командир части и происходит он в присутствии старших офицеров, как членов трибунала и секундантов одновременно. Всё это было сделано глядя на турианцев, и для того чтобы лишний раз тормознуть разных карьеристов, нарваться на вызов в круг за большие потери в личном составе офицер мог запросто и не факт, что он оттуда выйдет победителем. Теперь мне становится понятно состояние игровой Уильямс, её яростная ксенофобия и скрытая злость. Разом, по вине чужаков, потерять всё свое подразделение и главное свою пятёрку. Ведь эти люди в буквальном смысле знают тебя как облупленную, видали тебя всякую, как и ты их, это как членов семьи потерять, бррр…

Итогом этого всего стало то, что по пути в казарму она, в очередной раз, проехавшись по моим предкам, заявила, что не станет меня слушать. Я громко посетовала, что, несмотря на графский титул, данная дамочка воспитание получила на конюшне. И вообще её происхождение ввиду этого вызывает сильное сомнение.

— Ты, ты! Замарашка рыжая, да ты! Как ты смеешь сомневаться в честности моих предков! Вызываю тебя, Шепард, в круг чести и требую мастер-сержанта Джейкобса выступить секундантом. — Закричала Сильв. От неё необычайно сильно тянуло обидой и отчаяньем. Бля, даже щит не помогает, как из усилителя плещет эмоциями.

— Принимаю вызов, фон Арним, поединок без оружия, до тех пор пока один из нас не упадёт. Согласна? — Говорю я.

— Согласна!

Молча идём в казарму, парни смотрят на немку со злостью и непониманием.

— Какого хера тебе надо, Сильв? — Шепчет на немецком Макс. — Что ты на Джейн взъелась? Не она же себя командиром отделения назначила.

— Отвали, Хоффмайер, без тебя разберусь.

— Ты не права, Снегурочка. — Пробасил Иесуа.

— Разговорчики! — Рявкнул сержант.

Вот и казарма, народ утопал в душевую и переодеваться, а мы всем отделением пошли в спортзал. Там, на матах, нам с Сильв предстояло выяснить отношения. Снимаю куртку и ботинки и выхожу на маты. Рядом разделась Сильв.

— Примириться не желаете? — Спросил сержант.

— Нет! — Отвечает Сильв.

— Не вижу смысла. — Говорю я.

— Тогда бой до тех пор, пока одна из вас не упадёт. — Говорит серж и машет рукой.

Медленно двигаюсь по кругу, не сводя взгляда с соперницы, она движется плавно, движения выверены, лаконичны. Чувствуется очень хорошая школа. Она тоже не спешит нападать, пытаясь просчитать меня. Делаю подшаг к Сильв, провоцируя её. И девчонка купилась, делает шаг мне навстречу и наносит два быстрых удара в корпус и в голову. Но для меня, провалившейся в боевой транс, её движения слишком медленны. Уклоняюсь от удара в голову, пропускаю удар в корпус почти вплотную и бью два коротких в солнечное сплетение и в печень. Как могу стараюсь сдерживать свою силу, чтобы не убить ненароком дурочку. Отскакиваю и выхожу из транса. Сильвианн охает и падает на маты, сворачиваясь клубочком.

— Поединок окончен. — Басит сержант. — Победила рекрут-рядовая Шепард, третье отделение, отбой!

— Есть! — Вытягиваемся по стойке смирно мы. Сильв же тихонько скуля лежит на матах. Парни уходят из спортзала, глядя на Снегурочку кто с презрением, как Макс и Карлос, а кто и с жалостью, это наш большой масай.

— Ты её не сильно помяла? — Шепчет сержант.

— Я старалась сдерживать удары, Дэвид. — Шепчу я в ответ.

— Чет не похоже, смотри, завтра она должна быть в порядке. Если нет, отправишься в карцер. Поняла?!

— Так точно, мастер-сержант, сэр!

— Ну-ну. — И серж утопал к себе в комнату, в дальнем крыле казармы.

Поворачиваюсь и смотрю на Снегурочку. Сильвианн всё ещё лежит на матах и ей очень больно, а ещё больше обидно и горько.

— Блять, похоже, перестаралась. — Шепчу я про себя и иду к ней. Сажусь рядом и с жалостью смотрю на девчонку.

— Отъебись, Шепард. — Говорит она. — Не надо мне твоей жалости.

— А с чего ты взяла, Сильв, что я тебя жалею?

— Я тебя чувствую. Чувствую, хоть и очень слабо, гораздо слабее, чем остальных, так что отвали от меня. Сама отойду. — Девчонка пытается сесть, но охает от острой боли и снова сворачивается клубочком.