— Это неважно, — ответила Ева. — Это не имеет никакого значения. Я останусь с ним, Орландо. Что бы ни было, что бы он не делал, я останусь с ним. Я люблю его.

Слова женщины привели Вайенса в бешенство, и Ева увидела, как мужчина в ярости переворачивает стол и крушит мебель, колотя кулаками стены и мечась по небольшому помещению, видимо, по кабинету.

Какие-то неясные звуки были слышны из-за дребезга и грохота, и притихшая Ева поняла, что Вайенс рыдает в голос, вымещая свое зло на ни в чем неповинных вещах.

— Почему, — прокричал он, возвращаясь к передатчику, — почему на все мои предложения ты всегда говорила "нет"?! Даже когда я предлагаю тебе спасти твою жизнь и жизнь твоего рёбенка, ты снова отвечаешь мне отказом, вопреки всякому здравому смыслу?! Неужели тебе так трудно ответить мне "да", ну, хоть один раз, уступить хотя бы в мелочи?!

— Ты с самого начала знал, что я никогда не скажу тебе "да", — ответила Ева. — Не моя вина, что ты надеялся и верил, что может быть как-то по-другому. Прости.

Вайенс расхохотался, закрыв лицо руками, и смех его был подобен скрежету.

— Значит, пока он жив, ничего не изменится, — произнёс он.

— Ничего не изменится, даже если он умрёт, — ответила Ева.

— Хорошо, хорошо. Замечательно, — внезапно успокоившись, проговорил Вайенс. — Давай поговорим, когда я прибуду на Риггель.

— Я не стану с вами разговаривать! — быстро ответила Ева. — Прошу, не нужно! Вам не нужно встречаться с Лордом Вейдером! И нам с вами тоже не нужно встречаться…

— Я что, должен у вас спрашивать разрешения явиться в свой собственный дом? — огрызнулся Вайенс.

— Нет, разумеется, нет, но…

— Вот и отлично. Риггель просит жертву. Где же её принести, если не в самом его сердце?

— Что?! — не поняла Ева. От этих странных, лишенных смысла слов повеяло безумием, и сердце её ёкнуло.

— У меня осталось одно незавершенное дело на Риггеле, — злорадно ответил Вайенс, наслаждаясь её испугом и смятением. — Я должен сделать кое-что.

— Что… что вы собираетесь сделать?! Куда вы направляетесь? — выкрикнула Ева. — Я не пущу вас! Я блокирую ваш допуск!

— Вы правда полагаете, что сможете остановить меня? — презрительно бросил Вайенс. — У меня есть универсальный ключ; мне не нужны ваши разрешения.

И его голограмма погасла.

* * *

Дарт Фрес привез вести из Империи, и его доклад был, как всегда, короток и точен.

— Моффы, используя всё свое влияние, отвели силы Империи от линии разграничения и практически сдали нам бой, выигранный Фей'лией. Они сдержали свое слово — теперь дело за нами. Нас ждут на Биссе; одно ваше слово, Владыка, и мы приступим к разработке операции, чтобы незамеченными проникнуть на Бисс. Если мы устраним Императора и объявим о мире силам Альянса, Совет останется без поддержки. Флот Альянса пойдет за нами куда угодно. Благодаря вашей дочери, вы приобрели больше союзников среди командующих, а Совет здорово потерял от своей политики невмешательства.

Дарт Вейдер согласно кивнул головой:

— Думаю, я сдержу слово, данное моффам, раньше, чем они думают. Сегодня я встречусь с Императором, и он не должен уйти с этой встречи.

Дарт Вейдер многозначительно посмотрел в глаза Дарту Фресу, и тот понимающе склонил голову.

— Я полагаюсь на тебя в этой последней встрече, — продолжил Дарт Вейдер. — Леди София всё так же борется с Силой, пытаясь отрицать её. Она может поддаться искушению и подставить себя под удар, ища смерти. Ты не предашь. Если я паду, мое место займёшь ты.

— Разве Император так опасен? — удивился Дарт Фрес.

— Сыворотка Дарт Софии дает ему Силу, подобной которой я не видел нигде и никогда. Однажды я испытал на себе её мощь — это было невыносимо. Если бы не вмешательство Леди Софии…

— Так может, напасть на него вдвоем?

— Нет, есть дела, которые должны решать только двое, — ответил Дарт Вейдер. — Первым с ним встречусь я, и первый удар возьму я, и я выпью его Силу. Ты закончишь начатое мной. Я должен знать наверняка, что он умрёт, что моя дочь не станет донором для этого паразита, — Вейдер криво усмехнулся, покачав головой. — Одно время я даже начал верить, что этот человек действительно любит Еву. Но, оказывается, всё намного прозаичнее. Ему просто нужен донор. За Силу он сражается.

Дарт Фрес флегматично пожал плечами.

— Зачем? Кто сказал, что Император должен быть обязательно чувствителен к Силе?

— Иначе Дарт Акс не удержит власть.

— Что могу сделать для вас я, Владыка?

Вейдер задумался.

— Мы встречаемся в храме, в сердце Риггеля, — сказал он. — Я хочу, чтобы вокруг не было никого, кто мог бы помешать нам. Ни единого шпиона Императора, или генерала Вайенса. Ни души. Убей всех. Но так, чтобы тебя никто не заподозрил.

— Хорошо, Владыка.