Мы подошли к трону и Алладин, что-то явно хотел сказать, но я положил ему руку на плечо. Сейчас какаю глупость выдаст, а у меня проблемы появятся чтобы ему трон добыть. Лучше уж сам. А вообще, мы джинны ещё те шутники. Сделать Алладина султаном нет ничего проще, силой заставлю нынешнего, и тот отречётся от трона в пользу этого мальчишки-бродяги. А вот когда я исчезну, как он власть собирается удержать, без верных людей и охраны? Хлопнут его в мгновение ока, и вякнуть не успеет, а это как раз и не мои проблемы. Я вообще сюда не собирался, а раз вызвал, то лови ответку. Проблемы пусть разгребает сам.

– Доброго дня. Не знаю какое сейчас время суток, как-то не интересовался, но вроде утро уже прошло. Меня зовут Волька ибн Хоттабыч, сразу прошу прощения, но я тут подневольный дух, я джинн, и выполняю желание моего нового временного хозяина стать султаном. Сами отдадите, или заставить? Могу лишь пообещать, что на развалинах города, те, кто уцелеют, будут славить нового султана Алладина. Кстати, в парке на дорожке раненый маг лежит, отправьте к нему лекарей, думаю выживет.

Мой посыл принцесса уловила, с интересом меня разглядывая. А заметив мой горящий взгляд, фигурка и личико точно отпад, прелесть, зарделась, лицо потемнело от смущения. Ух ты, да она никак не целована? Надо исправлять. Однако справилась девушка быстро, и кивнув мне, мол, всё ясно, претензий ко мне пока нет, обратила свой взор на Алладина. А у того от её вида чуть ли не слюни на ковёр падали. Да уж, неприятное зрелище, вон и принцесса поморщилась. Если у меня явное вожделение к ней и любование красотой было оформлено в сферу этикета, то вид Алладина — это что-то с чем-то. Я по сравнению с ним как породистый волкодав рядом с ободранной дворняжкой. Эх, знал бы что такую красоту встречу, приоделся бы получше, чем в обычную летнюю одежду. Хотя конечно для местных территорий та вполне в тему. Жарко тут.

– Вы хотите стать султаном?
– спросила та у Алладина.

Кстати, сама девушка не представилась, и никто не спешил этого делать, не удивлюсь что её зовут Жасмин. А что, вполне в тему. А вот Алладин меня удивил, показывая, что что-то у того в черепной коробке имеется, видать оправился от чарующего удара принцессы. Тот приосанился и изрёк:

– Да, я хочу стать султаном. И тебя взять в жёны. Мой джинн это сделает. Пусть твой отец правит, я женюсь на тебе и сам стану султаном, когда он уйдёт.

Посмотрев на принцессу, я всем видом продемонстрировал, что я тут не с ним, а вообще случайно зашёл. Судя по веселью в глазах, та вполне меня поняла. Тут взмахнув толстой чёрной косой до ягодиц, она велела идти за ней. Мы прошли пол дворца, я виды вокруг не видел, меня ягодицы выписывающие волнующие восьмёрки, больше интересовали, похоже тут жилые апартаменты, потом двери, которые охраняли двое стражников и оказались в комнате. На ложе лежал на боку бородатый пухлый старик, и судя по всему, тот был в тяжёлом положении, на грани жизни и смерти. Я проверил диагностом, банальный аппендицит, да и поза намекает. Если он сейчас пошевелится, то кишка лопнет и будет перитонит, а это верная и мучительная смерть. При султане, а это явно был он, суетились две служанки, одна влажную тряпочку на лоб клала, меняя, другая обтирала. А тот только и мог что стонать с закрытыми глазами.

– Вот мой отец, лекарь, который мог его спасти, раненый в парке лежит. Если ты хочешь стать султаном, убей его и стань им.

А девчонка-то умна, знала на что надавить. Алладин при всех своих недостатках, парнем явно совестливым был. Я уже успел его изучить, чтобы понять это. Хотя для бродяги, совесть лишнее чувство, но тот умудрился сохранить его. Может не так и давно бродяжничает? Да нет - манеры не те, не обученный дикарь, так что скорее всего такой склад характера. Да и девчонку на политика учили и видеть подобное в людях её явно научили. Поэтому Алладин и повёлся. Подумав недолго, тот поинтересовался у меня:

– Джинн, ты можешь вылечить султана?

– Это твоё желание?

– Да, - с гордым видом сообщил тот.

– Малыш, а потереть?
– жалобным тоном спросил я.

Принцесса сделала огромные глаза, слушая нас. Алладин покраснел, отвернулся, и достав из сумки лампу, потёр ту, и громко сообщил:

– Я хочу, чтобы джинн, Волька ибн Хоттабыч вылечил султана что находится в этой комнате.

– Молодец, что цель указал, - усмехнулся я.
– Кстати, при невыполнении второго желания, сообщая третье, второе сгорает. Ты использовал все три желания. А султана я уже вылечил, больше воспалившаяся кишка мешать ему не будет. А теперь, разрешите откланяться.

Сделав вид что щёлкаю каблуками, с сандалиями это получись так себе, я мысленно активировал возврат. А что я потихоньку изучаю систему управления браслетами, и нашёл эту опцию, вот и использовал, снова оказавшись в предбаннике душевой нашей котельной. К слову, одежда моя исчезла, но появилась чужая, девичья, а из душа доносился шум воды и чей-то напев. Меня часа три не было, а уже похозяйничали, теперь попробуй ответь где я пропадал, и почему одежда не тронута. Быстро сняв летнюю одежду, оставшись в трусах и майке, переоделся в зимнюю. Выглянув в котельную, я окрикнул кочегара. У нас их двое, хотя для смены положено троих держать, но дядя Ваня, он ветеран-фронтовик, в сорок первом ногу потерял под Москвой, живёт тут же в пристройке при котельной, так что пашет за двоих, и ещё один ветеран, нога не гнётся, приходит в свою смену. А ветеранов у нас в детдоме хватало, с директором пятеро, и все покалечены войной.

– Дядь Вань, а куда у меня одежда делась?

– О, появился?
– удивился тот, глядя как я подхожу.
– А тебя уж тут обыскались.

– Да ребята вытащили, дело было срочное. Где одежда моя?

– Тут, при мне оставили, если вдруг вернёшься. Иди, дежурного воспитателя успокой, пока милицию не вызвали.

– Ага, спасибо.

Подхватив ком своей одежды, я переоделся в закутке, убрав ту что заменял, и с мокрым полотенцем в руках отправился к жилому зданию. Грязное нательное бельё отсутствовало, видимо в стирку забрали. Найдя дежурного воспитателя, та у малышни убиралась, кого-то вырвало, я сообщил о своём появлении, но та, бросив дело, точнее передав одной из девчат старших групп, те по дежурствам помогали воспитателям с малышнёй, и потащила к директору. Тот у себя на квартире был, за ним мальчишку отправили. Так что тот пришёл, отпер дверь кабинета и велел заходить. Мне, а вот воспитательница ушла.