Станцию немного тряхнуло — люк открылся. Воздух устремился наружу, но космонавту показалось, что-то пошло не так.

— Странно, приборы показывают обычную атмосферу внутри! — прокричал Джозефю. — Ты открыл люк?

— Он открыт, но разгерметизировались лишь несколько отсеков. Оказывается там дальше ещё одна герметичная переборка.

— Сможешь её открыть?

Ерохин пощёлкал клавишами на пульте и пробормотал проклятия.

— Нет! Дальше я ничего не могу сделать. Вот же гадость! И как нам быть?

— Раз уж начали, то нужно закончить — тут же нашёлся Стэндфорд. — У меня есть идея!

— Если ты собрался наружу, чтобы оттуда открыть дверь, я не разрешаю тебе, Джо!

На секунду Стэндфорд притих.

— Ты всерьёз считаешь, что можешь мне что-то запретить, Серж?

— Н…нет, Джо, ты не так понял… но ты не сделаешь этого, прошу! Это может быть опасно. Чёрт, просто не нужно, а то мне тоже придётся напялить скафандр, выйти вслед за тобой и надавать тебе по башке прямо в открытом космосе!

Стэндфорд снова задумался. От слов русского космонавта ему отчего-то сделалось немного не по себе. Он совсем не ожидал, что тот станет переживать за него, потому что уж он-то точно не стал бы. Хотя… за эти дни они с Ерохиным неплохо сдружились, и Джозефу было бы жаль, если бы с его товарищем что-нибудь случилось. По крайней мере, русский космонавт помог ему скоротать время в вынужденном недельном заточении, и сейчас он мог сказать одно: просьбу Эдгара Лаури о том, чтобы устроить Ерохину какую-нибудь гадость с якобы случайным смертельным исходом он не был готов удовлетворить…

Чёрт, кажется, он стал слишком сентиментален. Астронавт отогнал разные мысли прочь, молча потёр подбородок и закусил губу.

— Хм, знаешь, я рад, что ты это сказал, Серж. Но, честно говоря, я совсем не то имел в виду. У меня и в мыслях не было выходить в космос.

— Вот же ты гад! Напугал меня! — в голосе Ерохина послышался вздох облегчения.

— Послушай, Серж, эта секция, которую мы собираемся открыть, не совсем простая. Её строили индусы, а они мастера на всякие странные технические штучки. Чем-то вроде вас, русских, но немного более изощрённые в своём деле. У них в некоторые внутренние переборки встроена система стравливания воздуха между отсеками. Это что-то вроде системы выравнивания давления в грузовом модуле или своеобразная функция регулировки температуры. Одному богу Шиве известно, для чего и зачем они придумали так сделать, но сейчас мои приборы показывают, что эти небольшие отверстия закупорены. Эти чертовски головастые парни не были бы самими собой, если бы не предусмотрели электронного управления своими примитивными системами, и, кажется, я раскопал к ним доступ.

Сергей быстро пробежал глазами по мониторам. Взгляд его остановился на том, который отображал картинку, где находится модуль, про который говорил Стэндфорд.

— Сейчас — в наушниках послышался стук по клавишам, это Джозеф вводил команды в бортовой компьютер. — Есть!

Никакой тряски не было слышно, видимо отверстия, про которые говорил американский астронавт, были не очень большими, и воздух сквозь них заструился не таким быстрым потоком, как хотелось бы.

— Вижу на датчиках постепенное падение давления — воскликнул Ерохин — Пока его уровень достаточно высок, но стрелка не врёт — воздух действительно выходит. Тебе удалось это, Джо!

— Вот же неугомонная тварь! — пришло в ответ.

— А? Ты о чём сейчас?

— Это я не тебе, посмотри на нашу красавицу. Видишь её?

— Нет пока, а что с ней?

— Сейчас увидишь, смотри!

— Внезапно в объективе той камеры, которая была направлена на ту самую перегородку, сквозь которую теперь выходил воздух, показалась 'клякса'. Она двигалась на удивление быстро, но во время своих прыжков существо и не думало выпускать из своих объятий топливную ячейку, служившую ей источником тепла. В следующий момент произошло то, отчего у Стэндфорда и Ерохина буквально глаза полезли из орбит.

В одно мгновение 'клякса' подлетела к двери, выпустив из своей хватки батарею — бесценный для себя источник тепла. Затем она всем своим телом распласталась в том месте, где квадратная решётка прикрывала выпускной клапан, и мгновенно замерла там большим гротескным пятном. Сначала могло показаться, что так 'клякса' и останется висеть, закупорив собой коварное отверстие, но вскоре она сделала куда более невообразимую вещь: внезапно существо отклеилось от своего места на перегородке и пулей ринулось внутрь отсека.

— Но как она смогла? Там же… невероятное давление! — только и смог пробормотать Сергей.

Космонавт увидел, как 'клякса' принялась с огромной скоростью нырять в разные отверстия, шкафчики и полки, куда только могла добраться. Всё происходило с такой бешеной скоростью, что глаза буквально не успевали следить за перемещением пришельца.

Не прошло и четверти минуты, как существо вновь обхватило выпущенный незадолго до этого топливный элемент, согреваясь его теплом. Затем она нырнула в один из ящиков, достала оттуда обрывок какой-то ткани и принялась заталкивать его под решётку. Ей было сложно добраться до отверстия, чтобы перекрыть его своей импровизированной заглушкой. И тогда она сложилась в какой-то комок, обволокла решётку всем своим телом, последовал рывок, второй, и вот уже покорёженный кусок металла, с сорванными болтами отлетел в сторону, а клякса занялась тем, что принялась блокировать выход воздуха из нескольких небольших отверстий плотно свёрнутым куском ветоши.