– Я хочу предупредить вас, Вера, что миссии подобной полету Ковчега, еще не было в истории освоения космоса. Полет займет почти пятидесяти лет, даже при варп-прыжках. И большую его часть придется провести в глубокой гипернации, полностью перепоручив управление кораблем компьютеру. Случись что, вам никто не поможет.

Экипаж почти полностью состоит из людей, приговоренных к смерти. Нет, они не уголовники. Это все офицеры нарушившие приказ, бунтовщики и те, чьи действия или бездействие привели к гибели товарищей.

Вы и еще десяток специалистов исключение в их среде. Это понятно?

– Да, адмирал! – Вера твердо посмотрела в глаза Коблецу. – Меня никто и ничто не связывает с Землей.

– Вас ознакомили с целью миссии?

– Только в общих чертах. Ковчег направляется к системе Призрака в пятистах парсеках от Земли. Чтобы исследовать звездную систему из семи планет, на четвертой от местного солнца, зонд Коперник обнаружил водную среду, насыщенную кислородом атмосферу и обильную растительную жизнь.

Согласно данным с Коперника разумная жизнь на планете отсутствует.

– Все верно! Кроме одного обратно вы уже не вернетесь. Основная задача Ковчега основать колонию на дальних рубежах.

– Я не откажусь, командующий.

– Хорошо! Завтра я познакомлю вас с другими добровольцами.

– Мне нужен на Ковчеге не просто механик, а волшебник. –Администратор Теодор Кругляк, расхаживал по кабинету гросс-адмирала Михаила Коблеца заложив руки за спину и клюя головой, как хищная птица. – Вы дадите мне такого?

– Успокойтесь, администратор. – Коблец стукнул кулаком по столу. – Не устраивайте здесь цирк. Вы все-таки не дешевый актеришка, а руководитель нашего проекта. Ваш механик у меня в приемной. Ждет не дождется, чтобы познакомиться с вами.

Адмирал вызвал секретаршу:

– Клариса, позовите Ставица.

Дверь открылась, и в кабинет вошел подтянутый майор космического флота:

– Адмирал, администратор. – Майор залихватски щелкнул каблуками и отдал честь.

– Присаживайтесь, Ставиц, – адмирал пожал майору руку.

– Вы тот самый Ставиц? – администратор остановился напротив майора и в упор разглядывал его лицо.

– Я Вадим Ставиц, главный инженер флагмана Беркут. – На лице Ставица не дрогнул ни один мускул.

– Тот самый, что создал внутрисистемный варп-генератор? Разрешив проблему гравитационных и силовых аномалий.

– А вы об этом. Я только доработал уже существующий генератор.

– Он мне подходит! – администратор беспардонно схватил адмирала за руку и потряс ее.

– Может, спросим у Ставица, захочет ли он составить компанию вам. А, Ставиц?

– Я готов, адмирал.

– Одевайтесь, дамы и господа! – я открыл вход в хранилище одежды. – Там все подписано и пронумеровано. Жду в коридоре.

– Ну, сейчас решится, кто из нас был прав! – Шепнула мне на ухо Лана.

Первым в проеме появился в форме майора – инженера Вадим, за ним, поправляя юбку, Вера с нашивками лейтенант – интенданта.

– Один – один! – я насмешливо взглянул на Лану.

Вера вышла в коридор, уступая место Плавунову. Он был в белом кителе военврача в звании капитана.

– Ничья! – тихо сказала Лана.

– Господа и Дамы! – громко произнес я. – Нас сейчас пятеро. Это облегчает дальнейшие действия. Лана, Вера и Оскар идут в зал гипернации и записывают время пробуждения наших товарищей. Я с Вадимом займусь исследованием кормы звездолета. Там должны находиться технические отсеки.

В соседних помещениях шифровальная и оружейные комнаты, получайте личные коды и, если есть желание оружие. Корабль нам неизвестен, мы даже друг друга не знаем, поэтому рекомендую в целях безопасности взять хотя бы парализаторы.

Мы пошли по коридору, закручивающемуся вверх метров триста. По моим подсчетам сейчас мы бвли в самой верхней, ну или нижней точке звездолета. Справа и слева были два больших углубления высотой в полтора человеческих роста.

– Думаю, нам налево. – Инженер приложил руку к полосе в стене. Перед нами открылся очередной тоннель, на этот раз прямой как стрела. В конце которого виднелась еще одна дверь, с большим красным кругом посередине. В разные стороны от коридора, примерно через каждые двадцать метров, дугами вниз, уходили другие проходы, а между ними узкие, как на катерах, люки.