Булат начал злиться, я почувствовала это по его напрягшемуся вмиг телу, и мне захотелось спрятаться, потому что, когда этот горячий мужчина злился, со мной происходили странные вещи. И нет, я не начинала его бояться. Наоборот, тело предавало меня настолько, что я готова была изнасиловать красавца!

– Проблема в том, что я хочу, чтобы ты ушел, - неожиданно прошептала я, стараясь не обращать внимание на нарастающее возбуждение.
– Навсегда! Хочу, чтобы завтрашний рассвет я встретила без тебя. Завтра я стану взрослой, и смогу делать все, что захочу, не спрашивая разрешения родителей. Найду мужчину, который не будет бояться ко мне прикоснуться и сможет делать все, что пожелаю.

– И при этом неважно, будет он тебя любить или нет?

– Неважно, - вру, но устала ждать.

– Неважно, говоришь?

Булат резко схватил меня обеими руками за талию и буквально швырнул мое безвольное тело на кровать, от чего та даже скрипнула, а может, просто ударилась о стену.

– Ты чего? – якобы испуганно спросила я, поднимаясь на локтях.

Мужчина рывком вытянул ремень из своих джинс, сложил пополам и начал приближаться ко мне, хищно смотря из-подо лба. Вот теперь мне действительно стало не по себе, потому что, судя по внешнему виду Булата, он точно собрался выпороть меня за мои слова.

– Готова цветочек свой подарить какому-то хмырю? – прошипел сквозь зубы и навис над бедной маленькой девочкой. Да-да, это я про себя.

– Уж давно готова, - надувшись, тихо ответила я, хмырем считая именно Булата.

– Ну, я тебе сейчас устрою, - и он рывком кинулся на меня, только не бить ремнем по голой попе, как я предполагала изначально, а для того, чтобы этой штуковиной пристегнуть мои руки к кровати над головой.

– А что вы делаете, о великий Султан? – выпучив глаза, захлопала ресницами, сделав удивленный вид.

Но ответа не последовало, только почувствовала легкое неприятное трение в области запястий, а после оторопела, когда мужские руки резко разорвали трикотажный топик, оставив меня в кружевном лифчике. Дыхание сбилось, а от его пристального взгляда, соски мигом превратились в тугие горошины, явно выпирающие через ткань.

– Проверять буду, на месте ли цветочек.

Его рука легла под левую грудь, и вместо того, чтобы крепко ее сжать, хоть на миг утолить мою жажду, Булат принялся дразнить меня. Пальцами пощекотал ребра, и поглаживая ладонью, начал спускаться вниз, и ладно бы просто рукой баловался, так нет же, гад, дует мне в пупок.

– Мне жарко, - задыхаясь от удовольствия, прошептала я. Бедра взметнулись вверх, желая получить долгожданные прикосновения.

– Включить кондиционер сильнее?

– Мне в трусиках жарко, - еле выдавила из себя и резко вздрогнула, подскакивая на месте, когда в дверь громко, я бы даже сказала, яростно постучали.

– Быстро собрали свои косточки и вышли из спальни. Жду вас на заднем дворе. Двоих! – яростно прорычал отец и для наглядности еще раз стукнул кулаком по несчастной двери.

– Булочке каюк, да милый? – невинно хлопая глазками, спросила я, совершенно позабыв о возбуждении.

Намечалась гроза по имени «Дамир».

– Цветочек на месте, - серьезно произнес Булат, и расстегнув ремень, громко выругался, после чего уже без особого энтузиазма добавил: - Тычинку бы не обломать. Черт!

– А что собственно такого? Уже почти можно.

– Можно завтра, а сейчас разгон будет. Пошли!

Булочка сам поправил на мне вещи, и мы вместе вышли из спальни, прекрасно понимая, что папа будет злиться. Хотя…

– Дамир Тимурочив, это невозможно! – первым разговор начал Булат, когда мы уселись напротив отца в плетенные кресла.

– Что случилось?

– Объясните своей дочери, что я ее люблю и не бегаю от нее! А жду, когда настанет завтрашний день. Она все время думает, что я ей изменяю. Все время!

– Так докажи, что не изменяешь! – возмутилась я, и сложила руки на груди, а лицо мое стало хмурым и расстроенным.

– Ладно, говори ей уже, а то до завтра тебя съест, - изрек папа, а я подозрительно посмотрела на него, не понимая, о чем конкретно идет речь.

– Что Булат должен мне сказать, папуль?

– Да люблю я тебя, Лапочка, люблю!

– Хе-хе, - скривилась в усмешке и тут же добавила: - Это я знаю, но не могу не делать нервы.

– То-то же! Именно поэтому завтра нас поженят!

– ЧЯго??? – ошарашено переспросила я, не веря в услышанное.

– Богословская твоя фамилия. С завтрашнего дня!

– Папуль, а папуль, а принеси мне скалку, я кое-кому челюсть подправлю, - съязвила я, и не дожидаясь ответа, довольная аки конь бросилась на шею мужчины, сладко целуя его в любимые губы.