Выдохнув, я нажал на дверной звонок. Послышались шаги, и когда дверь открылась, я увидел на пороге… Сакамото! Увидев мою злобную харю, на которой не было даже улыбки, ибо сейчас нихуя не до веселья, его рожа из веселой, тут же изменилась на такую испуганную, словно он увидел покойника! Или Дьявола…

Он не успел даже ничего пробормотать, как я воткнул лезвие ножика ему в горло, быстро и резко, схватив его за рубашку левой рукой, и выдернув из квартиры. Кровища хлестала из его горла, заливая мою одежду, так как я прижал его к себе, чтобы его хрипы не были слышны. А еще перед тем, как Сакамото стал захлебываться собственной кровью я выхватил у него из рук пластиковую бутылку, в которой оставалось примерно одна треть колы. Сука, еще и нашу жратву тронули?! Пизда всем… вырежу без остатка!

Когда Сакамото подох, я положил его тело неподалеку от двери, и походкой балерины, на цыпочках впорхнул в квартирку, закрывая за собой дверь.

Бросив взгляд на лежащие у порога портфели, которые принадлежали Мэй и Ивасаки, я прошел до комнаты, и встав в дверях, огляделся.

Ну… что можно сказать? Синохара лежала на кровати, видимо без сознания, а по ее лбу, откуда-то из волос, по лбу и левой щеке стекала струйка крови. Ивасаки сидела у кровати, вся побитая, с заплывшим левым глазом, разбитыми губами, в частично порванной одежде, а по ее щекам текли слезы. Моя сестренка сидела связанная на стуле, что стоял посреди комнаты, в своей пижамке, и ее рот был заклеен скотчем. Над ней стояла Сасаки, с одним из моих ножей в руке, и водила его лезвием по животу моей сестренки, которая и так была уже вся порезана. Еще в комнате были двое, из моей банды — один стоял спиной ко мне, облокотившись о косяк двери, другой стоял у телека.

— А вот и Кимура! — ласковым, чуть ли не ангельском голоском прошептал я в ушко ублюдку, что стоял у косяка, одновременно с этим втыкая ему в шею складной нож. Не рассчитав силы, я воткнул его почти целиком, вместе с рукоятью. Бедняжка… как он стал корчиться от боли, упав на пол! А еще я наступил на него правой ногой, левой рукой вытирая кровь, что брызнула из него, и попала мне на губы.

Нужно было только видеть морду Шизуки-Сасаки, когда она обернулась ко мне! И морду второго, который от страха стал медленно ползти вдоль стеклянной двери, а потом открыв ее, сиганул через ограждение балкона. Послышался крик…

— К-Кимура… — прошептала Шизука, сжимая нож в руке. — Как ты… Сдохни!

Ебнутая набросилась на меня, держа нож, как истинная маньячка. Резко отскочив в сторону, я схватил ее за короткие волосы, и со всей дури, развернув ее к себе, врезал ей правым кулаком по роже. Фига себе! Я думал, что она потеряет сознание, но она видимо настолько обезумела, что ей уже было пофиг на боль!

Резко взмахнув ножом, она воткнула мне его в правую руку, чуть повыше локтя. Блять, как же больно! Но стараясь не обращать на это внимания, я ударил ее левым кулаком в челюсть, и от этого удара, ее пошатнуло, и она свалилась на стену, а дальше я ударил ее с ноги в живот, а потом схватив за волосы, стал бить ее башкой об стену, пока она не потеряла сознание, и не съехала по стене…

Выдохнув, стараясь не шевелить правой рукой, из которой только так хлестала кровища, я, чувствуя, как теряю сознание, потому что эта сучка порезала мне вену, я поднял нож, и на ватных ногах подошел к Мэй, и разрезал веревки на ней.

— Слышь, притащи из ванной бинты и прочую хрень, — шепнул я ей. — Ты же не хочешь, чтобы я сдох, верно?

Мэй, закивав, выскочила из комнаты, отдирая скотч с губ, несколько раз чуть не упав, а я тем временем подошел к кровати, и просто свалился на него. Дьявол, я уже просто не чувствую руки, а глаза закрываются сами собой… Не-не-не, спать нельзя!

Через минуту вернулась Мэй, причем вместе с Лолой, которая, кажется, была заперта в ванной и они стали обрабатывать мою рану на руке. С трудом мне удавалось не терять сознания, ведь кто знает, когда может очнуться шизанутая!

***

— Киндарум лангерда! — громко произнес я. Лолька появилась почти сразу, под потолком надо мной, снова засветив свои трусики.

— Хватит призывать меня, когда вздумается! — возмущенно пропищала Айрис, оглядев комнату. — А что у вас тут происходит?

Ну да, в комнате была полная вакханалия — посреди комнаты, на стуле, сидела связанная Шизука, в теле Сасаки, на кровати сидели Мэй, Синохара и Ивасаки. Лола стояла у балкона, покачиваясь взад-вперед, кошка, которая оказывается, все это время валялась на кухне без сознания, так как Сакамото приложил ее пинком, сидела на коленях моей кузины, а я стоял перед Шизукой, у которой во рту торчала тот кляп, что используется при БДСМ. Я специально запихал ей в хавальник именно его, чтобы больше опозорить эту тварь… К тому же, вскоре я собирался сделать с ней кое-что нехорошее, но пока нужно было позаботиться о другом. О жмурах, которые лежали в прихожей, которых я, вместе с Лолой, с трудом притащил в квартиру. читай на книгоед.нет

— Долго объяснять, да и ты не поймешь, но мне нужна твоя помощь, Айрис, — вздохнул я. Правой рукой, которая была перевязана бинтами, я старался не шевелить. Эх, вот не думал, что буду говорить с лолькой в хорошем тоне, но сейчас ее помощь была очень сильно нужна.

— Что я слышу? Извращуга просит моей помощи?!

— Завались! Думаешь, оно мне хочется? Короче, мелкая… разберись с этими жмурами! Измени память людей, или вроде того… — заметив взгляд Айрис, я мысленно выругался. — За мной должок, ясно? Не знаю, что тебе в башку взбредет, но похер! Думать о будущем — не мой стиль!