Эрмин спрятал карту в нагрудный карман, а торбу с глазами закинул на плечо.

— Хочешь сразиться за стенами?

— Ни в коем случае — только городской бой. Среди тесных улиц мы будем иметь преимущество. Схватка на открытой местности — самоубийство. Тебе времени до вечера. Потом в дело вступаю я.

Напарник пожал плечами — мол, как пожелаешь, и спустился вниз. Из окна Армаген видел, как дроу шагает по грязной подворотне в сторону ворот. Оставалось только ждать и надеяться на удачу и благоразумие товарища.

Однако последнее оказалось под серьезным вопросом.

Измаявшись от безделья, Армаген активировал магические глаза. Артефакты без труда проникали сквозь тонкие преграды, и целитель отлично видел все, что находилось рядом с товарищем.

А находилась там Мышка. Девочка бодро шлепала по лужам помоев, неся в одной руке мешочек конфет, а другой держа дроу за рукав. Спутники о чем-то весело переговаривались, но слов было не разобрать — эльф сэкономил на магических ушах, посчитав их бесполезным, но дорогим дополнением.

Зашипев, как пустынная кобра, целитель выскочил за дверь.

Нагнать беглецов удалось в соседнем квартале. В подворотне, где они зачем-то остановились, слышались посторонние, явно рассерженные голоса. Эльф спрятался за прогнившей бревенчатой стеной и напряг слух.

— Девчонка должна заплатить, — вещал сиплый юношеский голос. — У нас не приют, за место полагается налог.

Армаген потер левый глаз, активируя магический артефакт. Эрмина и Мышку окружила шайка местной шпаны — голодной, оборванной и невероятно опасной. В руках у всех восьмерых сверкали кинжалы и, судя по запаху, они не раз обагрялись человеческой кровью.

— Сколько? — спокойно ответил дроу.

— Пятьдесят серебра.

Послышалось шуршание карманов — с такого малого расстояния уши эльфа улавливали любой звук. Но звона монет за ним не последовало — все деньги находились в кошеле Армагена. У охотника их и быть не могло, с его-то любовью к бартеру.

Ситуация накалялась. Оставалось лишь два варианта развития событий — выйти и заплатить налог за мелкую пакость или же…

Само собой, Армаген предпочел второй вариант. В подворотню хлынул фиолетовый туман, и все участники бандитских разборок моментально заснули.

Оттащив тела товарищей на безопасное расстояние, целитель применил заклинание пробуждения.

— Видишь, до чего доводят твои забавы! Я верну девчонку домой, а ты топай ставить глаза! Возвращайся вечером, и не попадайся на глаза!

Дроу потер лоб и нехотя поднялся на ноги. Видимо, волшебник переборщил с мощностью усыпления.

— Хорошо. Прости, больше не подведу.

Армаген схватил пискнувшую Мышку за капюшон и потащил восвояси. В голове вертелась одна категорически паршивая мысль — прикончить обузу и свалить вину на ее криминальных дружков. Однако в этом случае Эрмин может не успокоиться и объявить в Герадии кровавую вендетту.

Из двух зол расчетливый эльф выбрал меньшую и таки возвратил нерадивое дитя в родное гнездо. Филипп как раз закончил готовить обед, и Армаген, набрав полный поднос вкуснейшей снеди, заперся в мансарде.

Поздним вечером под окном шмыгнула едва заметная тень. Спустя мгновение входная дверь скрипнула, послышался скрип лестничных ступеней.

— Готово, — заявил дроу с порога. — Меня никто не заметил.

Целитель проверил установку глаз — артефакты давали замечательный обзор на дорогу. Теперь мстители ни за что не пропустят появление стражников.

— Только я вот о чем подумал, — добавил Эрмин. — А что, если егеря приплывут по реке?

Дрожь прокатилась по телу перворожденного. Вырвав у товарища карту, эльф развернул пергамент и внимательно осмотрел. В принципе, ничто не мешало ублюдкам миновать несколько верст вверх по течению из того же Мельма.

— Не переживай на этот счет. Перекуси и ложись спать.

— А ты?

— А я прикормлю пару местечек отличной наживкой.

Под холодным лунным светом, ласкавшим грубую шкуру, вампир прыгал с крыши на крышу, постепенно приближаясь к гавани. Оказавшись на пустынном в это время суток пирсе, Армаген воззвал к своим недавним подругам:

— Мать стаи, услышь меня.

— Слышу тебя, сын. Говори, чего желаешь.

— Я хочу, чтобы сестры реки добрались до устья Миривы, где она впадает в неспокойное море. Вскоре там проплывут очень злые люди, и мне нужно знать об их прибытии.

— Как пожелаешь, сын. Но в море мы попасть не сможем — соленая вода убьет нас.

Дело сделано, все пути просматриваются. Охотники не смогут прибыть в порт незамеченными, а эльфы будут знать все о перемещении врагов.

Попрощавшись, вампир отправился к главной цели — в верхний район.