– Никак нет, сержант.

– Ты меня расстраиваешь, курсант, а ведь я считала тебя более смышлёным. Подарок называется «Месяц индивидуальных тренировок с курсантом Калашниковым».

Лиза заглянула Сергею в глаза. Сергей, будучи выше на полголовы, сделал вид, словно этого не заметил и продолжил сверлить взглядом стену поверх неё. Лиза продолжила:

– Вместо того, чтобы готовиться к завтрашнему рейду вместе с остальными, я сейчас вожусь с тобой. И эта возня продолжится ещё не одну неделю, пока остальные будут заниматься реальным делом. Меня на это время даже от караулов и патрулирования отстранили.

Лиза всё сильнее и сильнее распалялась. Её лицо покраснело, а ранее спокойная и уверенная речь приобретала заметные нотки злобной истерики.

– И раз уж капитан считает меня самым бесполезным бойцом в отряде и вместо боевой операции отправляет возиться с новичком, будь уверен, я одарю тебя таким вниманием, что любая реальная заварушка покажется тебе детским утренником. На протяжении всего курса ты будешь есть, спать и справлять прочие потребности лишь по моему приказу. С восьми до пяти ежедневно и без выходных я буду делать из ничего-не-умеющего-курсанта-Калашникова самого настоящего бойца, с которым будет не стыдно стоять в одном строю. Ты, конечно же, в любой момент можешь включить заднюю, это твоё полное право. Никто тебя не осудит и дерьмом не закидает. Просто скажи, что не хочешь продолжать, и всё закончится.

Теперь Сергею всё стало ясно. Злость Лизы была направлена не столько на него, сколько на неё саму. С одной стороны, он очень хотел рассказать правду, объяснить, что Денис отнюдь не считает её бесполезной, а просто хочет защитить. Но, с другой стороны, не хотел подставлять друга, выдав его особое отношение к Лизе.

«Так и быть, - размышлял Сергей, - поиграем по твоим правилам. Я же тебе не пацан сопливый, чтобы задний ход включать. Думала, испугаюсь твоего крутого нрава? Да чёрта с два. Пару недель побесишься и перебесишься. Думаешь, я женщин не знаю, что ли?»

– Ну так что, курсант Калашников, будем работать или по домам?

– Будем работать, сержант, - уверенно сказал Сергей.

– И с чем ты собрался работать? Где твоё оружие, курсант?

Сергей оторвал взгляд от стены и завертел головой, пытаясь вспомнить, где его автомат.

– Мэм, я оставил его у трибуны.

– А какого чёрта ты бросил своё оружие без присмотра? Разве капитан не объяснил, что оно всегда должно быть при тебе. А ну бегом марш за автоматом.

Сергей в ту же секунду рванул к трибуне, схватил автомат и вернулся на прежнее место.

– Запомни раз и навсегда, олух – теперь твоё оружие - это твоя жизнь. Никогда с ним не расставайся, если только не получил прямого приказа командира сдать на склад или передать оружие другому бойцу отряда. На утреннем собрании, которое ты пропустил, капитан так же постановил, что всем огнестрельным оружием владеем только мы, и ни один человек вне подразделения его не получит. По крайней мере до тех пор, пока не докажет преданность лично капитану Савину. Поверь, среди жителей нашей новообразованной общины есть немало тех, кто очень недоволен нынешним положением вещей. Особенно это относится к простым копам, которых с сегодняшнего дня распускают.

– В смысле «распускают»? – перебил Сергей.

– Не перебивай меня, курсант. Если бы ты посещал отрядные сборы, то был бы в курсе. Не буду сейчас тратить на это время, потом всё узнаешь… На чём я остановилась? Ах да. Пока у тебя нет патронов, опасаться особо нечего. Даже если кто-то отнимет у тебя автомат, стрелять ему в любом случае будет нечем. А вот когда закончишь… если закончишь курс боевой подготовки и, наконец, получишь боеприпасы, то тебе всегда придётся быть начеку, так что привыкай к этому уже сейчас. Во время сна всегда закрывай входную дверь и автомат держи под кроватью или возле неё, чтобы в случае чего быстро схватить и пустить в ход. Ты понял?

– Так точно, сержант.

– Если нужно освободить руки, то вешаешь его на ремень и убираешь за спину. Таким образом будешь выполнять все упражнения, чтобы привыкнуть к автомату, как к части своего тела.

Лиза подробно показала, как пользоваться оружейным ремнём, быстро регулировать его длину и крепить автомат на груди или спине так, чтобы он не болтался. В течение нескольких часов Сергей выполнял указания, перемещая своё оружие из рук на спину и обратно. Само собой, не обошлось и без ошибок, за что он каждый раз награждался ударом телескопической дубинки по рукам.

– А ну не скули, курсант. Думаешь, мне приятно лупить тебя? Я что, похожа на садистку? Поверь, у меня нет подобных наклонностей ни в каком виде. Это тебе информация на будущее, если что. Ты может и не знал, но телесные наказания помогают усваивать учебный материал намного быстрее, главное, не бить по голове. Таким образом быстро вырабатываются условные рефлексы.

Как ни странно, но такая методика реально работала. С каждым ударом Сергей выполнял упражнение лучше и лучше. Память о боли, что он испытал, совершая очередную оплошность, откладывалась на уровне рефлексов, не давая повторить её вновь.