— Я? — мои брови взлетели на лоб, — ты хочешь, чтоб об этом узнали все жители? Или только половина.

— Ладно, ладно. Я понял. Ты знаешь, что нельзя так, в открытую, показывать людям, что ты их используешь, — по его лицу расползлась довольная улыбка.

— Я не всем, я только самым близким, — я подмигнула ему, похлопала по плечу и ушла.

Взломать базы оказалось делом не долгим, уже через пару дней Кондрат принёс хорошие известия, они нашли Маркуса не так далеко от нашего старого села, которое он помог уничтожить. Как рассказал Малыш, доступ к базам комитетов то нам перекрыли, но толковым ребятам это было не помеха, а меня информация заставила задуматься о наших базах. Потому что, когда нас было пятьдесят и сто человек, информацию о каждом я держала в голове, когда нас стало тысяча ни моей головы, и умов приближенных соратников не хватило и мы начали использовать планшеты, перепрограммировав их. А раз мы смогли взломать систему Общества, то и оно может взломать нашу. Надо будет озадачить ребят.

Собрались мы быстро, благо дело походные рюкзаки всегда были наготове, только добавить личные вещи, уходили ночью. Утром конечно Ли узнает о том, что мы ушли и в какую сторону, наверное, в итоге даже выяснит куда, но у нас будет фора времени, пусть хоть сожрёт меня потом… если вернусь…

Шли быстро и легко, если говорить о физической стороне дела, даже Кондрат уже приноровился к своей деревянной ноге и не сильно задерживал, как бывало в начале. Но на душе было тяжело, и он и я понимали, что можем не вернуться, что лезем просто в адскую авантюру. Но и не идти не могли, каждый из нас хотел отомстить.

По той информации, что удалось раздобыть, Маркус нынче обретался на новейшей исследовательски-военной базе. Как на неё попасть я представляла с трудом. Шли по большому счёту на дурачка, надеясь, что персонал живёт в деревне, но нам не повезло. Центр представляла собой огромное здание с небольшим двориком вокруг, а дворик от окружающего мира отделяла семиметровая стена, для верности поверху украшенная колючей проволокой. Это был провал.

Мы день метались вокруг этого центра, ища ходы и лазы, какие бывали в Лагерях, но наши поиски не увенчались успехом. А потом мне в голову пришла мысль, которая перебивала весь ранее придуманный мною бред. Я предложила поймать патрульных переодеться в их одежду и попробовать проникнуть внутрь, но так как других идей не было, решили воспользоваться этой. Сказано сделано. На одном из обходов нами был пойман солдат отправившийся в кусты по нужде. Не успел парень войти в заросли как Кондрат ему перерезал горло. С напарником было сложнее, он стоял в пределах видимости камер, закрепленных высоко на стенах. Но дуракам везёт, иногда, нам повезло, а тому дураку, что решил разобраться почему напарник завис в кустах, не очень. С ним пришлось повозится, потому что он заподозрил не ладное и шел на стороже, но двоих нападающих он не ожидал. В который раз подивилась, такой неосмотрительности военных. В последнее время у меня начало складываться ощущение, что Общество гнало в армию всех, кто хоть как-то подходил, а обучали медленно, как было у нас при Тэкео, я знала, что времени у меня нет и в военной науке торопилась.

В общем когда мы через пять минут вышли из кустов, смеясь и похлопывая друг друга по плечам, будто произошло глупое недоразумение, и мы потешаемся над этим, нас не раскрыли. Осталось самое сложное, попасть внутрь. А боятся было чего, по моему лицу можно было сказать — девушка, с Кондратом было и того хуже, во-первых, он хромал, а во-вторых, хотя мы и натянули ботинок на его протез, он норовил вот-вот свалится, и Малыш каждые пять минут останавливался, чтобы его затянуть, а ещё же надо было пройти посты охраны внутри здания, очень сомневаюсь, что там сидит бабулька на табуреточке и нажимает кнопку открытия дверей. Днём мы успели подсмотреть, как охрана хотя бы входит, патруль заходил и выходил каждые двадцать минут, напоминая конвейер, когда одна пара ещё обходило здание по периметру, вторая уже выходила.

Мы приложили пропуск считывающему устройству, двери со злобным шипением разъехались, за ними оказался совершенно белый предбанник, свет лился со всех сторон, даже из пола, заставляя ниже опускать голову, в глубоко надвинутой кепке. Мы покосились на дверь впереди, на ней было слотов для карт, зато был экранчик явно для того, чтобы снимать отпечатки. Я порадовалась своей прозорливости и понадеялась, что отпечаток нужен только один, к этому я как раз приготовилась ещё там, в кустах, лишив одного из солдат указательного пальца. Я постаралась незаметно приложить его палец, не сомневаюсь и тут камер навалом. Забрало медленно поднялось, уже без всяких звуков. А вот дальше стоя стол с монитором, за которым сидел широкоплечий мужчина, в голове мелькнула мысль о том, что он, наверное, только боком в дверной проём может пройти. Я стрельнула глазами по сторонам и увидела у него на столе слот для карты, но если на входе карту предлагалось прикладывать, то тут, судя по всему, нужно было прокатить.

Кондрат выступил вперёд, чтобы если нас поймают, хотя бы я попыталась убежать, и провел тонким пластиком, я видела, как у парня подрагивают руки:

— В первый раз без наставников, — хмыкнул сидевший, мы Малышом согласно закивали, — всё спокойно?

— Да, какой дебил решит сюда сунутся, — немного развязно ответил Кондрат. Я внутри сжалась, сейчас нас поймают, но и молчать нельзя было.

— Нельзя так относится к своим обязанностям, — наставительно изрёк широкоплечий и открыл последнюю, стеклянную дверь.

Мы резво двинулись дальше и только отойдя за поворот облегченно вздохнули. Что делать теперь? Где искать предателя? Куда идти? Стоять в коридоре, так тут же камеры, возникнут вопросы. Мы не торопясь пошли дальше.

— По логике тут должна быть комната отдыха, раз у них деревни нет, и столовая, — тихо пробормотал Кондрат.

Справа, шумной гурьбой, из-за неожиданно открывшихся дверей, вывалилась четверо молодых мужчин, они о чём-то громко разговаривая пошли дальше, не обращая на нас внимания, а я скосила глаза в открывшийся проём двери, за ней, о чудо, как раз была трапезная. Я потянула туда друга. Мы подошли к столу раздачи и приложили свои карточки, из бокса сразу выехали две порции, взяв их мы устроились за дальним столом:

— дальше то что делать? — спросил Малыш, нервно озираясь.

— для начала, прекрати выдавать нас и крутиться как уж на сковородке, — шикнула я. Он послушно замер и уставился в тарелку, — во-вторых ешь. Не известно, когда сложится в следующий раз, — парень неторопливо заработал ложкой, я тоже сунула за щёку непонятную бурду, которую тут называли едой, — нам надо найти комнату отдыха, на всякий случай, и попробовать исследовать внутренние помещений, куда удастся попасть. А вот когда это сделаем будем думать.