Шрифт:
Нужно что-то делать, чтобы исключить в дальнейшем такие встречи. Доверенное лицо какое-то требуется, верный как пёс человек. Причём верный лично мне, а не каким-то идеалам. Поискать кого-то, вроде того пулемётчика? А это мысль…
— В глубинке был, — объяснился Хосе, усаживаясь напротив, — лагеря молодёжные налаживал. Был бы хоть какой-то связной…
— Будет. Что там с лагерями?
— Всё хорошо, — подал плечами анархист, открывая меню, — даже более чем. В нашей среде много таких, кто потерял своё здоровье, но не боевой задор. Бороться активно они не могут физически, а вот передавать свой опыт молодёжи хватит и сил, и энтузиазма. По деньгам…
— Пока хватает? — Перебиваю его, — ну и славно. Говорил уже, что не надо мне никаких отчётов, говорю ещё раз. Если тебе захочется снять виллу с прислугой — снимай!
— Я не коминтерновец [161] , — брезгливо отозвался испанец, — а если бы мне хотелось жить на вилле с прислугой, не уходил бы из дома. Но я понял твою позицию — дело прежде всего, а как оно будет сделано, тебя не волнует.
— Верно, — улыбаюсь, черпая ложечкой мороженое — по летнему времени встретились в кафе, — ещё одно дело появилось. Хью Лонг, слыхал о таком?
161
[161] На Коминтерн уходила весьма существенная часть бюджета СССР, и вели себя коминтерновцы зачастую очень по-барски, живя на широкую ногу.
— Как же… убрать нужно? Тип мутный, что-то вроде Муссолини в начале карьеры — вроде как и социалист, но оказавшийся фашистом. Душок от Лонга нехороший.
— Пока нет… но человек интересный и нужно бы за ним присмотреть.
— Внедрить людей в его окружение? — Родригес прикусил костяную ложечку, — Если прямо сейчас, то проблемно — человек не слишком доверчивый.
— Не горит. Сперва в Луизиану вообще, а потом уже подводить к Лонгу. Как сторонников идеи, боевиков, любовниц… всё равно. За полгода-год справишься?
— Вполне, — уверенно подтвердил испанец, — много надо людей?
— Человек двадцать профинансирую, — Хосе присвистнул еле слышно, — считаю его интересным… направлением. Если получится, можно будет расшевелить всю Америку. Ну а нет… тоже расшевелим, просто иначе.
— Интересно, — отмер наконец анархист, — двадцать человек если внедрять, то со всех сторон его охватить можно. Прислуга, охрана, секретариат…
— По возможности со всех сторон и желательно с дубляжом. И… пожалуй, не нужно, чтобы они знали друг о друге. Координатора в сторонке поставь, помощников парочку к нему. И так всё, чтоб никто в лицо других не знал.
— В лицо? С этим сложней, но в принципе решаемо. Но зачем такие сложности?
— Харизматичный мужик, вдруг да кто и купится на речи? Дескать, настоящий социализм ещё когда будет, а идеи Лонга могут улучшить жизнь здесь и сейчас!
— Маловероятно, — хмыкнул Хосе, глядя на меня как на несмышлёныша, — ты просто не знаешь социалистов. Ну да ладно — ты платишь, ты и музыку заказываешь.
— Здесь, — подвигаю ему бумажку с написанными цифрами, — счёт на предъявителя. Пятьдесят тысяч долларов для начала. Операция долгосрочная, так что если понадобится, будет ещё.
Отдав Родиригесу деньги Сталина, распрощался, покинув кафе. Стряхнув возможные хвосты, снял грим в гостиничном номере и ополоснулся под душем. Грим в этом времени не хрена не гипоаллергенный, кожа от него так и зудит. А тут ещё всевозможные накладки на фигуру, сделавшие из меня упитанного крепыша с заметным брюшком и задницей. Классический итальянский типаж солидного мужчины, только что несколько крупнее обычного.
Смыв грим и пот, сделал воду попрохладней и с минуту постоял под ней, чувствуя, как в сток уходит усталость и нервозность.
— Оп-па… — звякнул колокольчик, ниточка от которого вела к двери. Трюк старый, но всё ещё работающий. Оставив воду включённой, моментально вылетел из воды, схватив пистолет.
— Лицо, — пришла умная мысль, — вдруг это горничная? Да и расспросить если придётся…
Взяв носок, одним движением обмотал вокруг головы, защепив сзади прищепкой и чуть морщась от запаха. Собравшись уже было выходить, но что-то меня остановило, и вместо этого распластался на полу в углу, наискосок от входа.
Несколько выстрелов прозвучали приглушённо, прибив дверь в ванную.
— Итальянская сука! Сдохни, тварь! — Влетевший крепыш с Кольтом оказался хорошей мишенью и пуля из моей Беретты с лёгким хлопком прошила ему голову. Не вставая, ящерицей метнулся из ванной, сбивая с ног рослого ашкеназа.
— Не… не надо! Напугано начал шептать он, глядя на меня. Бля… он же не пистолета боится, а голого меня! Что уж там в его детстве, какая травма… хотя я бы тоже испугался, чего уж там.
— Сколько вас?! — Рычу через носок, искажая голос.