Эти самые подруги потерялись где-то в массе тел. Время от времени Марселе казалось, что она видит знакомый светлый боб или высокий каштановый хвост. С другой стороны, здесь была толпа народа. Типичные ученики колледжа. Больше похожи друг на друга, чем выделяются.

Марселе Рене Морган не было весело.

Она баюкала пиво в стеклянной бутылке и скучала – ей надоели музыка и парни, что время от времени подкатывали пофлиртовать, а затем убегали прочь в обиде на отказ. Ей надоело, что ее называли красивой, а потом сукой. Потрясающей, а затем стервой. Офигенной, а потом динамо.

Марсела всегда была хорошенькой. Такой красавицей, которую не пропустишь. Яркие голубые глаза и черные волосы, лицо в форме сердечка и тонкие, чистые линии модели. Отец сказал, что ей никогда не придется работать. Мать заявила, что работать придется вдвое больше. В каком-то смысле они оба оказались правы.

Тело – первое, что замечали в ней люди.

У большинства на том все и заканчивалось.

– Думаешь, ты лучше меня? – недавно спросил пьяный старшекурсник.

Марсела посмотрела в его мутные глаза и просто сказала:

– Да.

– Сука, – пробормотал он, ретируясь. Как предсказуемо.

Марсела пообещала своим друзьям, что останется выпить. Она запрокинула бутылку, стремясь прикончить пиво.

– Вижу, ты нашла что-то приличное, – произнес глубокий голос с легким южным акцентом.

Она подняла взгляд и увидела парня, что прислонился к кухонному островку. Марсела не поняла, о чем он, пока парень не кивнул на бутылку у нее в руке. Сам он стоял с пластиковой чашкой. Марсела указала на холодильник. Парень подошел туда, вытащил еще две бутылки, открыл их о край стойки и предложил ей одну.

Она отхлебнула пива, рассматривая парня поверх бутылки.

Его глаза были темно-синими, волосы будто поцелованы солнцем, такой теплый оттенок между блондином и шатеном. Большинство парней на вечеринке еще не согнали детский жирок, старшая школа цеплялась за них, как мокрая одежда, но у этого парня черная рубашка плотно обтягивала крепкие плечи, челюсть была острой, а подбородок зарос щетиной.

– Маркус, – сказал он вместо представления.

Марсела знала, кто он. Видела его в кампусе, но Алиса предупредила: Маркус Риггинс ходячая неприятность. Не потому что он великолепен. Не потому что богат. Ничего столь же примитивного. Нет, Маркус был проблемой по одной простой, восхитительной причине: его семья была из мафии. Алиса сказала, он плохиш, не держит слово, но это лишь подогрело интерес Марселы.

– Марсела, – представилась она, скрещивая ноги то так, то эдак.

Он улыбнулся и отсалютовал ей пивом.

– Маркус и Марсела. Прямо идеальная пара.

Кто-то включил музыку, и его следующие слова потонули в грохоте.

– Что ты сказал? – переспросила она, и он воспользовался возможностью, чтобы сократить расстояние между ними. Марсела сдвинула ноги в сторону, и Маркус подошел ближе. Он пах яблоками и льном, чистотой и свежестью. Такое приятное разнообразие после липкой грязи неуклюжих пьяных тел.

Маркус поставил свое пиво на стойку рядом с ее рукой, холодное стекло коснулось локтя, и Марсела слегка поежилась. Медленная улыбка появилась на его лице.

Он наклонился ближе, словно рассказывая секрет:

– Иди за мной.

И отступил назад, унося с собой запах льна и тепло.

Он не снял ее со стойки, но Марсела почувствовала, как ее тянет следом. Маркус отвернулся и пошел сквозь толпу. Она последовала за ним вверх по лестнице, по коридору к двери в спальню.

– Ты все еще со мной? – спросил он, оглядываясь.

Комната не вязалась с остальной частью братского дома. Грязное белье убрано, стол чист, кровать заправлена, аккуратная стопка книг на одеяле.

Марсела замерла в дверях, ожидая, как Маркус поступит дальше. Пойдет к ней или заставит ее прийти к нему.

Вместо этого он подошел к окну, открыл его и вышел на балкон. Марсела проследовала за ним, на ходу сбрасывая каблуки.

Маркус протянул руку и помог ей забраться. Город расстилался под ними, темные здания словно небо, огни словно звезды. Ночью Мерит всегда выглядел лучше.

Маркус отхлебнул пива.

– Лучше?

– Лучше, – улыбнулась Марсела.

Отвратительно громкая музыка превратилась в приглушенный фон.

Маркус прислонился к деревянным перилам.

– Ты местная?

– Почти, – ответила она. – А ты?

– Родился и вырос здесь. Что ты изучаешь?

– Бизнес, – коротко сказала она. Марсела ненавидела светские беседы, просто они так часто казались рутиной. Шум, пустые слова, предназначенные заполнить тишину. – Почему ты привел меня сюда?