– О, твой ручной пес умеет говорить, Анис? А я-то думал он тебе нужен просто, чтобы ночи скрашивать.

– А для тебя, Ларис, как всегда привозят молоденьких мальчиков из Моря Песка?

Несмотря на весьма свободные нравы столицы, по отношению к старшему наследнику, на чьих плечах висела ответственность за продолжение рода, эти слова были не просто оскорблением, а обвинением в неисполнении своих обязанностей как старшего наследника.

Если упростить, Анис, всего одним предложением, не только указала на специфичные вкусы Лариса, но и указала ему на бесчестие.

Опять же – во всех смыслах этого слова.

– В последнее время я переориентировался на мальчиков с Севера, – улыбка Лариса стала настолько… приторно сладкой, что Хаджару стало как-то нехорошо. – Они более выносливые. Хотя, наверное, ты понимаешь, о чем я говорю.

Ларис явно намекал на теорию о том, что предками Вечной Горы были великаны с севера.

– Проклятый мужеложец, – прорычал Гэлхад. – А ведь я ел с тобой за одним столом!

– Я надеялся, что мы стобой, здоровяк, поедим и из одной постели, но моя сестра меня опередила.

Кого-то, возможно, могла удивить подобная, простая реакция, но стоило принять во внимание, что даже несмотря на поражение от наследника Тарезов, Хищные Клинки все еще считались сильнейшим кланом Империи. Вторыми, после Императорского рода.

– Уходи, Ларис.

Прозвучавший голос для всех стал неожиданностью. Народ, едва ли не синхронно повернулся на звук. Они увидели перед собой обычного простолюдина. В старых, поношенных одеждах, он сидел на простой чурке и ворошил палочкой угли…

Они увидели перед собой хищного, уставшего зверя, готового в любой момент вгрызться зубами во вражескую глотку.

– Я тебя знаю, адепт? – спросил Ларис.

Что примечательно, он перенаправил острие меча с Анис, на сидевшего у костра простолюдина. Свита же Лариса приняла явное боевое построение. Но, даже несмотря на это, они сделали шаг назад.

Бессознательно, руководствуясь животными инстинктами, они поспешили отойти подальше от хищного зверя.

– Меня зовут Хаджар Дархан.

На лице Лариса отразилась напряженная мысленная работа. Учитывая, что он являлся Повелителем, то с памятью у него проблем было еще меньше, чем у Рыцарей Духа. И это при том, что Рыцари обладали абсолютной памятью…

– Ученик сумасшедшего Оруна?

Хаджар медленно повернулся к Лариса.

– Ты говоришь о моем учителе, старший ученик. И я не Динос и не из Вечной Горы. Я не стану предупреждать тебя дважды.

Какое-то время они играли в гляделки. Все это время Хаджар продолжал шевелить угли палочкой и не думал обнажать меча.

– Что я здесь делаю? – спросил, наконец, Ларис. – Последнее, что помню –как какая-то тварь утащила меня на дно озера.

Каким бы склизким и в чем-то мерзким старший наследник Хищных Клинков не казался остальным аристократам, ему сложно было отказать в крепости духа.

В то время, как на остальных до сих пор сказывались последствия магического кошмара, он не показывал и тени слабости.

– Мы спасли твою жизнь, старший ученик, – Хаджар нарочно использовал обращение, принятое в школах боевых искусств.

Таким образом он хотел нивелировать их разницу в социальном положении. Дешевый прием, который ему подсказал Орун, да оближут его облезлые гиены.

– С какой стати, младший ученик, тебе рисковать ради меня своей жизнью? –прищурился аристократ. – Не имею ничего против варваров, но для меня ты уже староват.

– У тебя слишком много лишних органов, старший ученик, чтобы я польстился на тебя.

– Тогда в чем причина.

– В твоих родственниках, – Хаджар указал обугленной палочкой на Аниса и Тома Диносов. – Они попросили меня помочь тебе. Я согласился.

– Почему?

– Возможно, родственные узы, – пожал плечами Хаджар.

– Почему помог, – уточнил Ларис. – Если ждешь благосклонности клана Хищных Клинков – не жди. Я скорее пойду снова брошусь в омут, чем стану обязан немытому простолюдину.

Ремарка про немытость была абсолютно лишней. После купания в Озере Грез, все они были чище, чем прокипяченное столовое серебро.

– Потому что, – коротко ответил Хаджар и отвернулся обратно к костру.

Дальнейшее произошло так быстро, что среагировать успело лишь несколько людей. Кровавая молния, сорвавшаяся с острия меча Лариса пронзила пространство и ударила в шею Хаджара.