Худощавый, чернявый, с немного запущенными усами и недельной щетиной на лице. Одет по-походному: берцы, плотные коричневые штаны, легкая куртка…

– Нет, не узнаю, – после повторного осмотра, ответил ему. – Лиса?

– В первый раз вижу, – донеслось из-за плеча.

– Ну как же! Вспомните Барнаул, раннее утро и вы к нам, таксистам, тогда подошли и рассказали, что мы в другом мире оказались. Вы еще рассказали как здесь выживать и посоветовали на восток двигаться, после чего с Игорем на его машине уехали.

Смотрел на него и не верил своим глазам, как и Лиса сзади тихонько охнула и видимо от изумления дыхание задержала, так там тихо стало.

Да, было такое, мы тогда только-только как-то перенеслись с мертвых земель на крышу небоскреба. И да, к таксистам мы тогда подходили и я еще тогда, сам не понял зачем, но коротко просветил их где они оказались и как выживать. Как сейчас помню, когда с одним из таксистов к стройке ехали, Лиса у меня еще интересовалась – к чему то моё красноречие. Ответил, что карму решил нам немного поправить, вдруг иммунные окажутся и спастись у них получится. Хоть сам в такой вариант и не верил. Где угодно шанс есть, но только не в Пекле. Но невозможное всё же иногда случается.

– Теперь узнал, – хоть на самом деле лицо его так и не вспомнил, слишком всё тогда быстро произошло и я к ним особо не присматривался. Но ответить по-другому не смог: с такой надеждой во взгляде этот таксист сейчас на нас смотрел, что я даже не знаю, что случилось бы, ответь я иначе. Тем более что мы действительно с ним встречались, раз он принял к сведению мои слова и… – Получается выжил, крестник?

Да! Именно крестник! Ни об одном иммунном, кого до этого нам получалось спасти, я не чувствовал такой ответственности, как об этом вот мужике. Но вот после его слов и вот этого его взгляда – почувствовал, как на плечи эта самая ответственность легла. Расшибусь, но живым его к нам в стаб доставлю. Не для того он в Пекле выжил, чтоб где-нибудь в пути подохнуть, так и не встретив нормальных людей и не найдя безопасного места для своего…

– Сын? – спросил я у него, кивнув на рядом сидящего парня, который тоже на нас во все глаза смотрел.

– Да, – кивнул он, не замечая как из глаз слезы потекли. – Только сына и удалось спасти. Остальные…

Услышал наконец, как Лиса сзади задышала – со всхлипом втянула в себя воздух.

– Ладно, сейчас освобожу, тогда и поговорим. Заодно расскажешь, как сюда добирались и как с этими охотниками повстречались.

Он молча кивнул и шевельнувшись, звякнув наручниками, на которые я внимание и перевел.

Сидели они на сиденьях, сделанных по всем правилам боевой машины, то есть крепящихся к потолку. Но под сиденьями, на всем их протяжении, находился рундук, к которому наручники и крепились. И видно было, что это крепление загодя было сделано, не одного таксиста с сыном охотники в таком положении перевозили. Получается, не только на тварей они охотники.

Не заморачиваясь с поисками ключей, пристроил «Кашмар» в приличных размеров кресле – по размеру видно, что это место кваза, как раз напротив выхода, взялся руками за цепь…

– Тебя как звать то?

– Костя, а сына – кивнул он на того, – Владимиром.

Освободил Константина, легко переплавив цепь, под любопытными взглядами отца с сыном и круглыми от удивления глазами пока еще неизвестной мадамы.

– Давай на выход, браслеты там уже сниму.

Следующего освободил Владимира, кивнул ему на выход и подступился к не сводившей с меня удивленного взгляда женщине. Видно было, что со сверхспособностями она еще не сталкивалась и былое спокойствие во взгляде сменилось нешуточным удивлением, с которым она наблюдала, как я голыми руками плавлю звенья цепи, которые тут же охлаждаю, чтоб пожара не устроить и не спалить полную, наверняка ценным грузом, машину. Случись такое по моей милости – Лиса не простит, так как еще не удовлетворила своего любопытства, страхуя меня снаружи. Так, на всякий случай.

– Ну а ты кто такая будешь? – присел я напротив нее и смотря в ее темные глаза.

– Илга Андриуне! Департамент охраны, – представилась и посмотрела вниз на наручники, так как резко запахло паленым металлом, принялся переплавлять ее цепь.

Смотрела и не верила, хоть уже третий раз этот процесс наблюдает. Даже усмехнулся, увидев как она головой тряхнула, видимо в попытке сбросить наваждение.

– Как? – подняла руки перед собой, рассматривая оплавленные звенья цепи. Попробовала их пальцем, видимо для того, чтоб убедиться, что это ей не мерещится. Но цепь не мерещилась и даже была холодной, так как я одной рукой переплавлял, другой же сразу остужал. – Как? – повторила она свой вопрос, только теперь смотря мне прямо в глаза.

– Долго объяснять, а сейчас не до этого. Попозже всё узнаешь. Так кого ты там охраняешь? Что за департамент?

– Департамент охраны высокопоставленных чиновников, – ответила она более развернуто.

– Понятно, – еще раз окинул взглядом ее крепко сбитую фигуру, облаченную в форму. – А глаз кто подбил, и за что?

– Да урод тут был, не давала себя заковать. Хотела уйти, но он двинул разок, – аккуратно потрогала она свой подбитый глаз, чуть сморщившись, – заковал, еще и приговаривал, что потом сама спасибо скажу.