Нимфа беспокойно вертела головой. Кисточки метались из стороны в сторону, пытаясь учуять еду.

Ан выругалась и быстро вытащила из дыры ноги. Зазвенел метал о металл. Кел молча подбежал к ней и присел, как готовящийся прыгнуть кот. Она нащупала на бедре пистолет, мимолётно удивившись, что он ещё с ней.

— Госпожа, умоляю, заберите меня отсюда! — надрывался чернорясый. Он рыдал и то пытался ползти к нимфе, то падал на четвереньки и заходился в истерике.

Нимфа вылезла на пол. Ниже груди сходство с человеком заканчивалось, и начиналась отвратительная на вид путаница из десятков самых разных хвостов, перепонок и плавников. На воздухе они опали, слиплись и воняли мерзкой сладостью. Присоски на морде серой твари были обращены, как десятки антен, в сторону рыдающего монашека. Нимфа поползла вперёд, подтягивая тушу руками.

— Госпожа, они все убиты, все ваши верные слуги!

— Да заткнись уже, — Ан выстрелила. Пуля попала в плечо нимфы. Тварь дёрнулась и пригнулась к полу. Хвосты вздрогнули, а присоски развернулись в сторону Ан.

"Ты уже давно не знаешь покоя"…

— Заткнись я сказала! — Ан выстрелила ещё раз. Пуля попала в жвало, и разворотила половину головы нимфы. Руки твари подломились, она рухнула на пол и забилась. Меркий, освободившийся от наваждения, с испуганным воплем плюхнулся на задницу и попытался отползти назад. Серая тварь последний раз вздрогнула, и под весом своих хвостов соскользнула обратно в дыру.

Ан опустила пистолет и выдохнула. Вот и всё.

— Свет нерушимый хранит меня, душа моя чиста и не поддастся мраку, где порождения разрушения царствуют!… - бормотал Меркий, громко клацая зубами.

— Успокойся, она сдохла, — Ан убрала пистолет и ощупала свои доспехи. Потом помахала руками. В плече порвались два пучка мышц. Очень обидно, но не смертельно. Возможно, она даже сможет их починить. Когда-нибудь. А пока придётся воспринимать это как плату за невнимательность.

— Это была тварь Разрушителей! — Меркий наконец-то совладал с голосом и начал нормально кричать. — Тварь, что уничтожила мир! Та, что убила Прородителя!

— Нет, не она, — Ан испытала острое желание снять шлем и напиться. Что ж, хорошее желание. Вряд ли тут рядом есть ещё одна серая тварь, они терпеть не могут друг друга. Ан сняла шлем вместе с личиной и полумаской и подошла к промоине. Холодная вода была чистой и прозрачной, без сладкого привкуса, и Ан от души напилась. Потом надела шлем.

— Ты идти сможешь?

— Да, смогу! — Меркий уже перестал молиться и встал на ноги. Ан подняла выроненный клевец и подошла к дыре, где скрылась нимфа. Чернорясый, помявшись, встал рядом и по-птичьи вытянул шею, чтобы заглянуть вниз и не оказаться к дыре ближе, чем Ан.

Внизу, под полом, плескалась вода. То ли она затопила подвалы цистерны, то ли так задумывалось строителями, Ан не имела ни малейшего понятия. На поверхности воды плавала нимфа. В прямоугольнике падающего света поблёскивала серая спина твари. Вокруг тихо покачивались десятки тонких хвостов. Ан присвистнула. Тварь была большой, по-настоящему большой и хорошо откормленной. Часть её хвостов наверняка проросла на глубину, и лишь из-за невозможности вытащить их, нимфа не сумела вылезти на поверхность быстро. Остатки разбитой головы нимфы плавали, связанные с шеей несколькими лоскутами плоти.

— Кто это? Это… это… это тварь… тварь Разрушителей! Что ты с ней сделала? — потрясённо спросил Меркий. Ан посмотрела на тушу. Какая она всё-таки здоровенная.

— Как видишь, убила.

— А как она?… А ты её…

Ан отмахнулась от него и присела у края люка.

— Но ведь это невозможно, — прошептал Меркий. — Её можно убить только благословенным оружием и только если оно в руках человека исключительной силы и веры!

Ан поморщилась.

— Но я её убила. Всё, пойдём отсюда. Тут больше нечего делать.

— На ней ошейник надет, — Меркий продолжал пялиться на тело твари. Его единственный глаз был круглым от ужаса.

— Какой ошейник? — не поняла Ан.

— На ней ошейник… ну… надет… был… Вон, блестит!

Ан достала из сумки на боку Кела фонарь и наклонилась над дырой в полу.

— Где? — луч света пробежался по телу твари.

— Там, где у неё шея… наверное, это шея, я не знаю…

— Помолчи.

Ан передала ему фонарь и клевцом подтянула к себе тело. Нимфа заколыхалась, как студень. Ан перевернула её на спину. На остатках разорванной шеи действительно поблёскивала полоса металла. Теперь Ан ясно увидела, что то, что она сначала приняла за складку слизи, на самом деле чёрная полоска с блестящими металлическими пятнами. Ан поддела полосу клевцом и аккуратно сняла её с твари. Голова отделилась от тела и повернулась остатками жвал вверх.

— Что это? — прошептал Меркий. Ан взяла ошейник в руки и подставила под свет фонаря. Полосу чёрной мокрой кожи покрывали желтоватые пластины металла с выбитыми на них знаками подчинения. Внутри — мелкие острые шипы. Ан провела по ним пальцем. Неприятно. Хорошо, что на ней латы.

— Это… а зачем на ней ошейник?

— Не за чем, — Ан задумалась, что ей делать. Тварь не могла сама нацепить такое украшение. Кто-то надел его на неё, а на такое мало кто способен. По правде говоря, она не видела таких людей уже долгие годы, и была уверена, что секрет изготовления ошейников сгинул вместе с Детьми Благодетелей, неблагодетелями и прочей многоумной швалью.