— А младшие? – смеюсь я. Телефон уже «подмигивает» сиреневым огоньком сообщения, но я не хочу обижать маму, отвлекаясь от разговора.

— Андрей точно нет, но может быть на минутку заглянет Антон.

Пока я с трудом сдерживаю довольную улыбку просто потому, что в приятной близости от моих ушей прозвучало его имя, мама снова дополняет список гостей:

— И Нина тоже заглянет.

Нина давно живет отдельно: у нее своя квартира в центре столицы, где я была всего пару раз. Сестра не частый гость, и на Рождество тем более, потому что она не фанатеет от «всех этих ваших семейных праздников».

— Нина полюбила Рождество? – пытаюсь замаскировать горечь удивлением.

Мама делает хитрое лицо и манит меня пальцем, понижая голос до шепота. Явно чтобы не услышал папа, а он у нас раздражается только на три вещи: на женские сериалы, на шоу об экстрасенсах и на попытки мамы пристроить Нину в руки достойного мужчины. Вряд ли мама собирается обсудить со мной первый и второй пункт, потому что на этом фронте мы с папой состоим в одном батальоне.

— Это просто повод, - шепчет мама. – Они друг другу подходят, видела, как за праздничным столом ворковали?

«Видела, и со злости чуть ложку не проглотила!» - про себя кричу я.

— Вот пусть и еще разок пообщаются. Породнимся семьями.

Я все понимаю. Честно-честно. Нина заслуживает счастья, заслуживает красивого, умного и достойного мужчину. Но не Моего Мужчину.

— Породниться семьями – это хорошо, - говорю я. И брякаю: - Если у Нины не получится – я попробую.

Мама делает такие глаза, будто я призналась в своих лесбийских наклонностях. Несколько секунд мы молча смотрим друг на друга, а потом она машет на меня рукой и, по дороге обратно в кухню, говорит:

— Ну и шуточки у тебя, Ребенок.

А кто сказал, что нам с Антоном будет легко?

Я закрываюсь в комнате и первым делом читаю сообщение:

ДЫМ: Мне не нравится, что ты ходишь домой одна

Я: Твое «не нравится» - это: «Не выходи на улицу!» или «Я буду тебя подвозить?»

Это – просто шутка, хоть она не смешная, но меня тоже можно понять: мозг до сих пор отказывается нормально работать, потому что в нем уже вовсю маршируют ревнивые тараканы.

ДЫМ: «Я буду тебя подвозить»

Чтоооо?! Я перечитываю скопированную в его сообщении мою же фразу и боюсь задать следующий вопрос.

Я: Ты серьезно? Правда-правда?!

ДЫМ: Серьезно и правда-правда

ДЫМ: Поговорим об этом завтра, Туман

Я: Ты – Мой Мистер Фантастика. Жду фото с голым торсом

ДЫМ: Чтобы ты потом сравнивала с красавчиками на твоих плакатах? Не дождешься.

Я: Я пошутила, нет никаких красавчиков! Хотя, если ты считаешь красавчиком Мика Джаггера…

ДЫМ: И я пошутил. За рулем. Не отвлекай.

Отправляю ему стикер влюбленной единорожки и падаю спиной на кровать, тиская подушку так сильно, что бедняжка почти кричит от возмущения.

Весь следующий день я, в прямом смысле слова, тренируюсь быть очень быстрой и очень отважной единорожкой, потому что для реализации моего плана нужно найти одну вещь, а она, как оказывается, почти так же фантастична, как и Аленький цветочек. Полночи я готовлюсь: нахожу все нужные магазины и отмечаю их на карте, выбираю оптимальный маршрут и отправную точку. Все серьезно, потому что табу Моего Мужчины просто так не сломать.

По закону подлости нужная вещь есть в самом последнем магазине, но ее еще нужно красиво упаковать. Поэтому, уставшая, но довольная, домой возвращаюсь только к трем. И сразу на кухню, чтобы помочь маме с салатами, хоть она и не просила. К половине шестого приезжает бабуля, в шесть – Клейманы-старшие, в шесть сорок – Нина.

Сестра в модном костюме, с красивым лаконичным маникюром и прической «из салона». Я знаю Нину, и знаю, когда она хочет произвести впечатление.

А в семь десять происходит катастрофа: папа, вспоминая молодость, по-гусарски (само собой, не нарочно), открывает вторую бутылку шампанского и мое милое голубое платье, и прическа превращаются в мокрое безобразие.

Я уговариваю себя не паниковать: еще есть время сбегать в душ, снова вымыть волосы и переодеться во что-нибудь…

Звонок в дверь намекает, что время вышло и мне не остается ничего другого, кроме как схватить из шкафа первую же попавшуюся вещь. Хотя, момент упущен, потому Нина открывает дверь и мой собранный «благоухающий» шампанским хвост и мешковатый джинсовый комбинезон теряются на ее фоне больше, чем полностью.

У меня есть только один аксессуар, который всегда при мне и, хоть на душе скребут кошки, я все равно его использую.