— Мммм? – мне так хорошо, что нет сил даже пошевелить языком.

— Хочу еще раз.

Она меня точно прикончит.

*****

Я несколько минут честно даю малышке превратить себя в гору, которая она с любознательностью ребенка бороздит вдоль и поперек. Но потом наступает предел и моему безграничному терпению: грубо хватаю ее в охапку, притягиваю к себе с недвусмысленным намеком полежать спокойно хоть пару минут. Она не сдается, пытается выбраться, но в итоге разочарованно ворчит:

— Это против правил, Дым, так бессовестно пользоваться своим физическим превосходством.

— Абсолютно с тобой согласен, Туман, и я очень рад, что мы сразу выяснили два момента: я физически сильнее и я собираюсь использовать это в самых корыстных целях.

Прислушиваюсь, готовый в любой момент выдержать порцию трезвых аргументов против, но малышка снова укладывает на лопатки мою интуицию: обнимает меня ногами, ворочается под подбородком и издает еще один бесконечный урчащий «муррррр». Если бы наш секс не был под замком еще девять – то есть, уже восемь – дней, я бы с удовольствием поставил эту кошку на колени, задницей к себе.

— Кстати, - растягивает Таня по слогам, - связь существует.

Реально интересно, что за связь, но у меня даже губы устали шевелиться, чтобы задать простой вопрос. А еще нужно как-то добраться до той части кровати, где лежат подушки. И это расстояние длиной как до Австралии.

— Связь между размером обуви и …

Я просто чуть сильнее прижимаю ее голову к своему плечу и Туман с досады оставляет укус на моей коже.

— Спасибо, что присматриваешь за моим кактусом, - слышу ее зевок.

— Понятия не имею…

Теперь ее очередь меня перебивать и мне нравится наша игра в «закончи, если сможешь».

— Да да, это не ты. Передай тому парню, что я должна ему самый вкусный поцелуй на свете.

— С языком? – уточняю я.

— Конечно, - подначивает она.

— Тогда я обязательно откручу ему голову, как только встречу.

Воображаю ее лицо, когда она увидит террариум.

Я просыпаюсь от того, что кровать подо мной медленно поднимается и опускается. И хоть это слегка напоминает мини-американские горки, которых я жутко боюсь, на всякий случай устраиваюсь поудобнее.

Хмм…

Сонно моргаю, только с третьей попытки вспоминая, что лежу не в своей постели и даже не у себя дома. И что подо мной никакой не матрас, не кровать и даже не спина плюшевой единорожки: подо мной Мой Мистер Фантастика, и его как раз настолько много, чтобы я без труда раскинулась на нем, а он, как ни в чем не бывало, продолжал спать без задних ног. И раз уж за окнами еще темно, а цифры на электронном будильнике показывают без четверти шесть утра, я не могу отказать себе в удовольствии еще немного подремать на своем покоренном Эвересте.

Закрываю глаза – и вскидываюсь от какого-то нечеловеческого вопля тяжелой музыки.

— Черт, - Антон возится подо мной, лезет рукой под подушку, но примерно в ту же минуту мы обо осознаем, что его телефон остался черт знает где.

Кстати, музыка очень даже ничего, во всяком случае, именно под нее я энергично перекатываюсь на спину и начинаю изображать из себя бегемотика, чешущего бока о баобаб. В ритм, правда, не очень попадаю, но какое это имеет значение, если мой Эверест уже трясется от смеха. Очень стараюсь зацепится за него руками или ногами, но все равно скатываюсь рядом и тут же оказываюсь прижатой к кровати всем весом Моего Мужчины.

— Утром ты еще красивее. – Обнимаю его за шею и немного подаюсь навстречу животом. Потираюсь о твердую длину и, прикрыв глаза, вспоминаю: - Мне нравится, что утро со мной в одной постели так безгранично тебя… радует. Уже дважды. Заведем такую привычку, Дым?

— Предлагаю завести другую, называется: «Марш готовить завтрак, Туман».

— Это смахивает на домашнюю тиранию, - морщу нос, мысленно прикидывая, какими из своих, будем честны, немногочисленных кулинарных талантов, я буду покорять Антона сегодня.

— Почему смахивает? Она и есть.

Он скользит ладонью по моему бедру, сжимает выступающую косточку, и мы синхронно, плавно, словно два прибоя, ударяемся друг о друга. Снова и снова, пока из моего горла не начинают вылетать слишком очевидные сигналы возбуждения. Я даже успеваю подумать о том, что обнять его ногами в такой позе – не такая уж невыполнимая задача, но Дым резко отстраняется, бодро встает с постели и идет в ванну, даже не потрудившись прикрыться одеялом.

А я еще несколько минут качаюсь по постели, превращая простыню в большой неаккуратный клубок. Сегодня мне можно побыть любимой кошкой.