Шрифт:
– Как ты сказал? Стрёмно?..
– удивилась она незнакомому слову, - Впрочем, понятно по интонации. Тогда предлагай сам.
– Ничего, кроме раздевания, в голову не приходит.
– Это как?!
– опешила девушка.
– За каждый проигрыш снимается одна вещь. Кто первый разделся, тот и "дурка".
– Хм...- настал ее черед задуматься, - Первый раз слышу. Давай попробуем...
– немного сомневаясь, согласилась она.
Девчонка оказалась умницей и карты считала на мах. А я последний раз играл еще в прошлой жизни. Зато у меня было Шелеховское обаяние и крохотная способность путать мысли. Остальные мои магические таланты имели направленность на меня самого, этот вопрос бабуля первым делом проверила.
– Я знаю, что нужно!
– воскликнула она и сорвалась к холодильнику, когда в минусе оказались мои тапки с майкой, ее туфли, а очередь дошла до брючек. Побежала и принялась рыться внизу, подсвеченная светом холодильника, уже эти самые брюки сняв.
"Хррр! Не возникай!
– пригрозил я не в меру ожившей части тела, - Кажется, я немного переоценил свое нежелание иметь дело с малолетками!"
Пока я вел безуспешные переговоры сам с собой, студенточка победно водрузила на стол мигом запотевшую бутылку вина. Игра пошла веселее.
Еще через полчаса на мне помимо трусов еще оставался комм, она же уже рассталась со всеми украшениями и теперь стыдливо стягивала блузку. В слабом свете вытяжки девичье тело смотрелось особенно привлекательно, туманя мне голову изгибами.
Битва за лифчик выдалась напряженной. Колода тасовалась столь тщательно, что ветхие карты грозили начать рваться. В попытке уличить друг друга в мухляже только отбой проверялся три раза. И все же опыт решает, хотя неизвестно, кому из нас было хуже: ей, неловко прикрывающей распущенными волосами грудь, или мне, сидящему в полуметре и усмиряющему плоть.
На новой раздаче руки у девчонки тряслись. Отбросив вожделение, присмотрелся и выругался про себя: итицкая сила! Она же едва не плакала! Вот кто ей запрещал прекратить игру?! Вроде и вины моей нет, но почувствовал себя свиньей. Отбросил карты, встал и накинул на дрожащие плечи блузку, лишь ненадолго позволив ладоням скользнуть по шелковой коже.
– Предлагаю ничью.
– Но я же...
– Если тебе станет легче, то дурак здесь я. Одевайся! Светает, скоро ранние пташки потянутся за завтраком.
– Ой!
– глянув на часы, она судорожно принялась натягивать разбросанную одежду, - Если меня хватятся, мне конец!
"Еще чуть-чуть и ты, детка, увидала бы настоящий конец, а так тебе максимум, головомойка светит!" Сомнительное благородство не мешало мне любоваться красивой девчонкой, суетящейся в попытках одеться и не показать при этом мне лишнего.
– Ты прекрасна!
– шепнул, помогая застегнуть бюстик, - Не суетись. Торопиться - это делать плавные движения без остановок, - давно вычитанная мысль не раз меня выручала.
– Я запомню, - выдохнула она, вернув себе то достоинство, с которым держалась в начале игры. Неожиданно девчонка резко повернулась, оказавшись в моих объятиях и прижавшись своим голым животом к моему, - Я обязательно запомню!
– Привстав на цыпочках, она положила мне руки на шею, заставляя пригнуться, и запечатлела на губах самый фантастический поцелуй, который довелось испытать.
Девушка уже давно слиняла, а я еще долго стоял, прислонившись лбом к холодному окну, пока не углядел в расступающихся сумерках ковылявших к входу Старшего и Младшего.
Глава 7.
Сергей успел просветить, что утро у его матери - это семь - семь тридцать. Делать нечего, пришлось вставать в пять и тащиться в старый город.
– Я рада, что не ошиблась, - поприветствовала меня полковник Забелина, - Мне было приятно познакомиться с вами, Михаил, как со спасителем ребят, и вдвойне приятно, как с человеком, сумевшим схлопнуть окно.
– Справедливости ради уточню, что Шелеховы свою часть тоже отработали, - ответил я, устраиваясь на предложенном месте после обмена рукопожатием. Никак не могу привыкнуть к этому обычаю пожимать руки и женщинам тоже.
– Раз с самого начала упомянули Шелеховых, то мне кажется, вас заинтересует, что они уже несколько дней кого-то ищут? Пока без широкой огласки, - и привела явную цитату, - Молодой мужчина лет двадцати на вид, спортивного телосложения, рост около метр девяносто, серые глаза, русые волосы, короткая стрижка, славянская внешность без особых примет. Одет в темные брюки с пушистым серым свитером и черного цвета зимнюю куртку, возможно наличие спортивной сумки. Информаторам обещано вознаграждение.