Эндрю умолк ровно в девять. С равнодушным видом, без капли довольства он поставил папку прямо перед Разумовской и совершенно без эмоций сел на своё место обратно, откинулся на спинку обыкновенного стула — Регина всеми силами подчёркивала, что он не является каким-то особенным сотрудником, — и взглянул на часы.

Этот раунд она проиграла, не сумев даже сделать ответный удар.

72

20 февраля 2018 года

Вторник

Кашель, кажется, был настроен радикально и намеревался выбить Игоря из колеи. Лёгкое вчерашнее покашливание сегодня усилилось, и пришлось свернуть в аптеку — в доме никаких подходящих лекарств не было. Простуды Ольшанский никогда не считал достойным поводом для обращения в больницу, он был уверен, что вполне достаточно просто воспользоваться теми лекарствами, которые ему всегда помогали, тем более, если надо, всегда можно было обратиться к папе…

Игорь усмехнулся, глядя на вывеску аптеки. Отцовская больница была совсем рядом, в ста метрах от аптеки, у которой остановился Игорь, и в контексте всех предыдущих разговорах об их не самой лучшей ситуации в семье Ольшанский всё-таки свернул к распластавшемуся по кварталу комплексу из сплошь серых, мрачных зданий.

Парковка пустовала, хотя пациентов ни зимой, ни летом здесь мало не бывало. Игорь остановился, вышел из машины и почувствовал себя дураком, который боится набрать нужный номер и позвонить родному отцу. Мобильный то и дело стремился выскочить с ладони, холод мешал, ещё какая-то ерунда…

А может, Николая Андреевича даже нет на работе? Или он на операции и не может говорить?

— Дурак, — отругал сам себя Ольшанский, всё-таки нажав кнопку вызова. — Не сможет говорить — не возьмёт трубку…

На третьем гудке, впрочем, отец отреагировал.

— Алло, — его голос показался Игорю почти незнакомым. Сколько они не разговаривали, месяц? Или даже больше. — Игорь, это ты? Что-то случилось?

— Я. Нет, всё в порядке, — покачал головой Ольшанский, хотя отец, разумеется, не мог его увидеть. — Ты сейчас на работе? Проезжал мимо твоей больницы, вот, подумал, может, стоит заехать?

— Как раз закончилась смена, — бодро отозвался отец. — А где ты находишься?

— На парковке под главным корпусом, — Игорь поднял голову, глядя на громадину больницы. — Выходи, я тебя здесь подожду.

Папа не заставил себя долго ждать, вышел уже через пять минут — в обычной одежде, явно не собираясь возвращаться обратно в больницу сегодня, но с кругами под глазами, оставшимися или после тяжёлой операции, или после ночного дежурства. Впрочем, причины могли быть совмещены…

— Здравствуй, — он подошёл к сыну своим привычным стремительным шагом. — Рад тебя видеть, — протянул ладонь для рукопожатия.

Игорь ответил на этот несколько официальный, никогда не водившийся у них в семье жест. Интересно, как давно они с отцом чувствовали друг друга чужими?

— Привет, — отозвался он. — Как дела?

— Всё хорошо, — Николай Андреевич растерянно оглянулся. — А ты как? Как жена?

— Нормально, — покачал головой Игорь, подумав, что даже нужные слова для общения с родным отцом найти толком не может. — Бабушка теперь с нами живёт.

— Да? — удивился отец. — Неожиданно. Как она себя чувствует?

— Неплохо, — Ольшанский запнулся. — Сердце разболелось, заставил её переехать к нам. Если что-нибудь понадобится, пока на ту дачу доедешь…

Он умолк. Николай Андреевич тоже не произнёс ни слова, очевидно, не знал, что и сказать. Ему, разумеется, неприятно было осознавать, что столько времени даже не навещал родную мать, но и ответить оказалось нечего.

Игорь тоже никак не мог решиться задать волнующий его вопрос. Тот мог сколько угодно грызть сознание изнутри, но озвучить приглашение — нет, где там.

— Слушай, — первым решился папа, поняв, что ответная реплика за ним, — может быть, вы с Сашей к нам заедете? В гости? В воскресенье, например, я совершенно свободен, и у вас выходной должен быть. Посидим, поговорим.

Однажды это предложение уже звучало. И в прошлый раз всё закончилось совсем не так, как хотелось. Семья, и так с трудом державшаяся кучи, развалилась на куски окончательно и бесповоротно.

— Хорошо, — тем не менее, согласился он. — Только я привезу Янку и бабушку тоже. Давно уже пора сесть за один стол и поговорить, как нормальная родня, а не грызться в телефонном режиме.

— Яна не захочет, — покачал головой папа. — Но если у тебя получится её уговорить…

— У меня получится, — безапелляционно заявил Игорь. — Так что? Согласен?