Лисс чуть не подавилась куском, который так усердно жевала.

– Но она же обычный курьер! – смогла выдохнуть леди Хьюлтер.

– Не думаю, что канцлеру ди Кэсерилу придет в голову приревновать ее ко мне. Курьеры всегда готовы ехать туда, куда им прикажут. А ты, Лисс, что скажешь?

Лисс, которой все-таки удалось проглотить злосчастный кусок, вытаращив глаза, выдавила:

– По-моему, у меня лучше получится роль грума, а не фрейлины, рейна, но я буду стараться изо всех сил.

– Отлично. Никто большего и не требует.

– Вы же вдовствующая рейна! – простонал ди Феррей. – Вам нельзя разъезжать по дорогам в таком малочисленном сопровождении!

– Я хотела провести паломничество в смирении, ди Феррей, а не устраивать гордое шествие. Поэтому… может, я не буду рейной? Я могу быть, например, простой вдовой из хорошей семьи. Каких слуг лучше взять в таком случае? Какие предпринять предосторожности?

– Путешествие инкогнито? – Мудрейший ди Кэйбон сразу же понял ее идею, в то время как остальные молча ели, выражая несогласие с происходящим. – Такой ход решит множество вопросов, связанных с вашими духовными изысканиями, рейна. Как мне кажется… такая женщина попросит храм снабдить ее обычным эскортом. А храм приставит к ней всадников, которые находятся в его распоряжении в данный момент.

– Замечательно. Этот пункт у меня уже выполнен. Ферда, ваши люди могут выехать завтра?

Хор протестов перекрыл простой ответ ди Гьюры:

– Конечно. Как прикажете, рейна.

Воцарилась недоуменная тишина. Можно сказать, даже немного задумчивая, если, конечно, на это еще можно было надеяться. Иста откинулась на спинку стула и улыбнулась.

– Нужно подумать об имени, – наконец сказала она. – Ни ди Шалион, ни ди Баосия не подходят, они слишком напыщенные, – ди Хьюлтер?

Иста вздрогнула.

«Нет».

Она мысленно перебирала имена младших родственников провинкаров Баосии. – А вот ди Аджело совсем неплохо.

Она едва ли встречалась с семьей ди Аджело, и они ни разу не пытались отправить во дворец своих дочерей, чтобы приставить их… опекать Исту в качестве фрейлин.

– Думаю, имя Иста можно оставить. Оно не такое уж редкое, чтобы привлечь излишнее внимание.

Служитель откашлялся:

– Нам с вами нужно будет сегодня поговорить. Я не знаю, какой маршрут мне лучше для вас избрать. Паломничеству необходим духовный план, а также материальный, для поддержания первого.

А у нас нет ни того, ни другого. И если каким-то из них пренебречь, то его ей просто-напросто навяжут. Иста осторожно ответила:

– А как вы организовывали паломничества раньше, мудрейший?

– Ну, это всегда зависело от целей желающих вступить на путь пилигрима.

– У меня в седельной сумке есть несколько карт. Может, они послужат вам источником вдохновения. Могу принести их, если желаете, – предложил Ферда.

– Да, пожалуйста, – благодарно отозвался служитель. – Это должно помочь.

Ферда выбежал из комнаты. Снаружи день уже клонился к вечеру. Появились слуги и принялись бесшумно зажигать настенные канделябры. Ожидая возвращения брата, Фойкс удобно оперся локтями на стол, мило улыбнулся Лисс и принялся уплетать очередной кусок медового пирога с орехами.

Через несколько минут Ферда вернулся, неся в руках ворох мятых бумаг.

– Вот… нет, вот Баосия, а вот западные провинции вплоть до Ибры. – Он расстелил на столе между служителем Бастарда и Истой заляпанную, видавшую виды карту. Ди Феррей беспокойно смотрел из-за плеча ди Кэйбона.

Служитель наморщил лоб и некоторое время смотрел на карту, потом откашлялся и поднял глаза на Исту:

– Нас учили, что маршрут паломничества должен зависеть от духовной цели. Она может быть любой, но обычно ее можно отнести к одному из пяти типов: служение, молитва, благодарность, жажда пророчества и искупление.

Искупление. Молитва богам о прощении. «Ди Льютес», – Иста не могла не подумать о нем. Жуткие воспоминания того темного часа до сих пор тенью окутывали ее сердце, даже в этот светлый вечер. И все же кто и у кого должен просить прощения за этот кошмар?

«Мы все этим повязаны – и боги, и ди Льютес, и Иас, и я».

И если унизительные стоны на алтаре богов – единственный способ исцелить эту старую рану, то того количества грязи, что она съела, хватит на десяток ди Льютесов. Но в темноте, если надавить, шрам продолжает кровоточить.

– Один человек у меня на глазах молился о мулах, – заметил Фойкс.

Ди Кэйбон удивленно моргнул:

– И он их получил?

– Да, и причем отличных.

– Пути богов иногда… неисповедимы, – пробормотал ди Кэйбон, обдумывая услышанное. – Кх-м. А вы, рейна, насколько я понимаю, отправляетесь в паломничество молить о внуке. Так?