— В самом деле? — спросила Миссис Так. — Ты желаешь ее смерти?

— Настоящая Алиса должна умереть.

— Я думала, ты любишь ее, — сказала Миссис Так. — Ты постоянно помогала ей справляться с монстрами.

— Я считала ее обычной девчонкой, которая пытается изменить мир к лучшему.

— И меж тем позволяя считать себя Алисой?

— Все мы заблуждаемся. — Фабиола устала. — Да будет так, если это послужит благому делу.

— И теперь ты хочешь, чтобы она погибла в прошлом, даже зная, что она может измениться в лучшую сторону в будущем?

— Разве люди не безгрешны? Как на счет отпущения грехов?

— Не нужно кормить меня всем тем, что я долгое время скармливала миру в Ватикане, — сказала Фабиола. — Зло нужно искоренять.

— Ну, у нее еще есть шанс на выживание, — поддразнила ее Миссис Так.

— Как это? — Фабиола поднялась.

— Она нашла Пиллара.

— Пиллара? В день аварии?

— Да.

— В тот день Пиллар был бесполезен, — сказала Фабиола. — Его память вернется лишь через год.

— Неужели? — Мистер Тик опустил газету. — Я не вполне помню, Миссис Так.

— Все потому что у нас слишком много и без того важных воспоминаний. Сотни тысяч перепутанных воспоминаний.

— Что с ним случилось? — Мистер Тик почесал голову.

— Кажется, кто-то тайком скормил ему Колыбельную, чтобы он отдохнул немного. — Миссис Так тоже почесала голову, надеясь вычесать из нее воспоминание.

— Интересно, кто же.

— Быть может, Вы почешете голову и вспомните, — предложил Мистер Тик.

— Спасибо, мой дорогой супруг, что разрешили почесать голову и переложить всю вину на меня.

— Мудрая женщина, — сказал Мистер Тик. — Напомните, почему я на Вас женился?

— Это было так давно. — Вздохнула она. — Я даже не помню когда.

— Даже я не помню, — сказал он. — Зато помню, как в тот день огромный взрыв сотряс землю.

— То был наш свадебный колокол, Мистер Тик. — Погладила его по плечу Миссис Так, поворачиваясь к Фабиоле. — В любом случае, даже если Алиса и нашла Пиллара, у нее ничего не получится, верно?

— Мне так не кажется, — сказала Фабиола. — Тогда Пиллар еще ничего не помнил.

— Я разочарована. Мне хотелось увидеть Настоящую Алису живьем, — сказала Миссис Так. — Я все еще не могу понять, кто смог обманом Пиллара заставить проглотить Колыбельную. Должно быть, это был некто коварный, словно дьявол.

— Это была я, — призналась Фабиола. — Я это сделала.

Глава

68

ПРОШЛОЕ: ОКCФОРДСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

В течение целого часа, я пытаюсь довести Пиллара. Пока не происходит нечто необычное. У него возникает настолько сильная головная боль, что он падает на пол, прямо как Льюис Кэрролл до этого сотни миллионов раз. Я гадаю, что если в этот самый момент из Пиллара выскочит Кэролус. Но ничего подобного не происходит.

— Кажется, я вспомнил что-то. Но пока не уверен что.

— Я могу помочь Вам вспомнить больше. — Я помогаю ему подняться. — Имя Фабиола ничего Вам не говорит?

— Монахиня из Ватикана?

— На самом деле, она Белая Королева.

— Не глупи, — отвечает Пиллар. — Ты еще скажи, что Королева Англии — Красная Королева.

— Пока нет, но да, так и будет.

Пиллар замирает, лохматя волосы. Он еще не обзавелся шляпой.

— Как на счет того, что в последующие два года Вы убьете двенадцать человек?

Он смеется, поправляя очки, и говорит:

— Я? — Он вскидывает бровь. — Я даже не знаю, как пользоваться пистолетом.

— Еще как знаете. Кто-то стер Вам память. Я не знаю как.

— Я умею стрелять из пистолета? — Он думает, что это круто — Но я предпочитаю хлыст, как Инди.

— Хватит! — кричу я. — Вы куда больше..

— Куда больше что?

Я не стала говорить ему, что он станет сумасшедшим убийцей. Не следовало говорить ему и о двенадцати жертвах. Что если он тогда станет совсем другим человеком?

— Оу. — Он вскакивает на стол с шлангом от кальяна. — Я убью их вот этим.

Кажется, кое-что все же не изменить. Я начинаю волноваться, что Миссис Так оказалась права. Я не в силах ничего изменить.

— Изумительная идея. — Он рассматривает кальян. — Я всегда считал его прекрасным орудием. Но никому об этом не рассказывал. Все подумают, что я чудик.

— Как на счет любви? — спрашиваю я у него. — Вы помните, как любили Фабиолу?

— Кто полюбит монахиню из Ватикана? — говорит он. — Это вообще законно? — В его глазах появляется блеск. — Неужели я стану настолько плохим? Соблазню монахиню?