— Чего мы ждем? — спросил Сэмми.

— Нужно говорить шепотом, Сэм. Ты же не хочешь распугать всех крабов.

— Чего мы ждем? — прошипел он едва слышно.

— Нужно внимательно следить за малейшим потягиванием твоей удочки. Если ты его почувствуешь, это значит, что краб пришел за едой.

— Я ЭТО ЧУВСТВУЮ! Я ЭТО ЧУВСТВУЮ! — проинформировал нас Сэмми.

Джексон расхохотался.

— Шепотом, приятель, шепотом.

— Я это чувствую! — прошептал Сэмми.

— Ок, — улыбаясь, прошептал в ответ Джексон, — тебе нужно очень медленно вытягивать свою удочку, чтобы проверить, прицепился ли к ней краб. Не резко, иначе краб сорвется.

Сэм начал миллиметр за миллиметром вытягивать свою удочку, на его лице застыло хитрое выражение.

— Он всё ещё там? спросил Джексон.

— Дааа, — прошептал Сэмми.

— Хорошо. Сара, — сказал он.

Предполагается, что я буду участвовать? Я нехотя встала.

— Возьми сачок, — сказал Джексон. — Внимательно смотри, когда краб появится над поверхностью. В этот момент тебе нужно будет просунуть под него сачок и подхватить его.

Я подкралась к Сэмми и пристально уставилась на воду. Ждать пришлось долго.

— Тяни чуть быстреё, Сэм, — не выдержала я.

— Нееет, — прошептал он. Сэмми теперь эксперт по крабам.

Наконец, куриная шея оказалась в поле зрения, краб с жадностью отрывал от неё куски. Когда я опускала сетку в воду, то подумала про себя, что крабы похожи на пауков-переростков, вот только их нельзя раздавить или утопить. Уродливое создание как раз начало с подозрением осматриваться, когда я подсекла, и он оказался в ловушке. Я вытащила его, а вода стекала на палубу.

— Я СДЕЛАЛ ЭТО! Я ЭТО СДЕЛАЛ! — прокричал Сэмми достаточно громко, чтобы услышали все остальные крабы.

Джексон взял у меня сетку.

— Если ты возьмешь щипцы, Сара…

— Это мой краб, — запротестовал Сэмми. — Я хочу взять его.

— Хорошо, Сэм, — согласился Джексон. — Бери щипцы.

Я охотно передала их Сэмми.

— Итак, мы собираемся схватить этого парня щипцами, понял, Сэм? И поместить его в проволочную сетку. Не могла бы ты передать сетку, Сара. — Я повернулась, чтобы взять её. — Нет, Сэм, подожди пока Сара достанет сетку. Нет, стой, парень!

Я развернулась, держа в руках проволочный треугольник. Сэмми не дождался. Он шел к корме, держа краба в щипцах. Я едва успела подумать, что это нехорошо, когда нога Сэмми зацепилась за одно из ребер лодки, и он начал падать. Он удержал равновесие, но краб выпал из рук. Он приземлился у меня на груди и вцепился в мои длинные волосы клешнями и двумя или тремя своими паучьими лапками.

— БО-ЖЕ МОЙ! — сказала я достаточно спокойно, как мне показалось, учитывая обстоятельства. — БО-ЖЕ МОЙ! — с ударением повторила я и инстинктивно наклонилась вперёд, пытаясь снять краба со своего тела.

Джексон пытался помочь мне. Я знаю это, потому что он наклонился на сидении в мою сторону. Его проблема была в том, что он так сильно хохотал, что едва не свалился за борт.

— Не шевелись, — выдавил он, между сжимающими желудок спазмами. — Не шевелись.

Я услышала пронзительный визг, который походил на что-то вроде:

— Ойойойойойойойойойой, — и поняла, что это я пищу как маленькая девочка.

— Перестань, — выдохнул Джексон. — Перестань размахивать своими… ха-ха-ха-ха-ха.

Я заставила себя успокоиться. Джексон вытянул руку и поймал краба за свободную клешню. Он оторвал его от моего лица и тот, к счастью, отпустил меня. Джексон открыл сетку у моих ног и запустил краба внутрь.

— Ох-хо-хо, — сказал он, сидя на скамейке и вытирая слезы.

— Ты поймала его, Сара, — сказал Сэм с неподдельным восхищением и слегка подпрыгнул, вздернув кулак. — Поряяядок!

И тут я начала смеяться. Джексон расхохотался снова. А Сэмми присоединился к нам. А затем, слегка успокоившись, мы вернулись к своему занятию, пока мы не распугали оставшихся крабов.

Когда мы добрались до дома, Джексон сказал, что он сам разберется с крабами, что для меня было очень даже хорошо и не грозило новой встречей с ними. Мы с Сэмом выбрались из лодки, ничего не неся в руках и ничем не занятые. Мы поднимались по лестнице, напевая песенку, которую только что сочинил Сэм. Песня напоминала привычную мелодию Сэмми из шести нот. Я путала слова, но Сэм был очень снисходительным партнером.

Мы вошли через кухонную дверь в неосвещённую и полную теней комнату. Женщина, которая подняла свое лицо на встречу нам, была похожа на мою бабушку, как она могла бы выглядеть лет сорок назад. Она держала в руке бокал с золотистой жидкостью. Её плечи были повисшими и сгорбившимися. Лицо было мрачным.