– Туманова...
– возмутился я не отрывая губ от ее.
– Я, вообще-то, целую тебя.

– Ну и целуй...
– с усмешкой.

– Если я сам, то на награду это не тянет.

– Ммм... ладно... В награду я тебя покормлю, - уворачиваясь от моего поцелуя.
– С чего начнем? Мяска хочешь или сладенького?

– А "сладенькое мяско" мне положено?..

– Как знала!
– лукаво игнорируя заложенный мной смысл.
– Купила тебе мяско в кисло-сладком соусе.

Желудок свело от голода.

– Корми меня, женщина!

– На самом деле, не знаю, что ты любишь, поэтому скупила половину меню.

– Не надо было, Малыш. Это я должен баловать тебя... – начал, было, я. - И скупать для тебя всё меню.

Но цокнув языком, она, уже не слушая меня, стала открывать пакеты.

– "Малыш" из нас двоих ты, Зорин, поэтому и баловать тебя придется мне. К тому же, из нас двоих, я единственная работаю.

– И что?..
– не сразу сообразил я.

– Открой ротик, вкусненький! – промурлыкала она, приближая вилку с кусочком мяса к моим губам.

Твою мать! Как пережить этот день? Я уже, бл*ть, как камень...

Переходя в сидячее положение, я выхватил у нее вилку.

– Давай-ка я сам, а то боюсь вместе с едой и тебя проглочу ненароком.

Женя, не сопротивляясь, отдала мне контейнер с едой.

– Солнце такое ласковое сегодня! – томно протянула она, стягивая джемпер, под которым ничего не было.

Я, поперхнувшись, с вопросом в глазах уставился на нее.

– Ну что ты, как маленький? – возмутилась она. – Трусики оставить?…

– Ни стыда, ни совести… – прокомментировал я ее дальнейшее обнажение.

– Ничего лишнего! – подмигнула она.

Вот уж точно… - вздохнул я.

– Надеюсь, ты не раздеваешься в общественных местах?

Не то чтобы поляна в лесу за городом была общественным, но...

– Если ты хочешь знать, не смущают ли меня зрители, то – нет. Периодически участвую в показах и за время моей работы, это, и так малознакомое мне чувство, испарилось полностью. Во время сессий и показов тебя постоянно одевает и раздевает куча народу на глазах у всего персонала и тех, кто по случайности или намеренно забредает в «закулисье», а там всегда тусуется много народу.

Зарычав, я отложил в сторону еду.

– Ты предпочитаешь не знать о таких моментах моей жизни? – закусила губу моя мучительница.

– Извини… - поцедил я и выдохнув добавил: - Все нормально.

Я пытался восстановить душевное равновесие, понимая, что на эту сторону ее жизни повлиять вряд ли пока смогу.

– Да успокойся ты. В этом бизнесе у людей иммунитет на обнаженку. У ребят даже не встает от этого зрелища.

– Проверяла? – бл*ть, мне нужно срочно вырвать язык. – Извини…

– Так они тоже раздеты, сложно не заметить! – не обращая внимания на мою реакцию, рассмеялась Женя.
– Да к тому же не малая часть из них геи…

– «Фотографы» тоже?

Я отвернулся, чтобы скрыть свое раздражение – вдох, выдох.

Тормози Зорин, тормози…

– Нет… фотографы всё больше натуралы…

– Тогда это мало успокаивает! – отрезал я, оборачиваясь к ней и замер, воткнувшись взглядом в обнаженную грудь.

Всё остальное тут же вылетело из головы.

Что меня так будоражит? Явно ведь не сам факт "обнаженки", этого я тоже уже наелся до изжоги за свои… сколько там? Видимо то, как она это подает, постоянно переходя какие-то неожиданные грани. Не знаю… Но тут же вынырнув из раздражения и ревности, я погрузился в предвкушение секса.

Но секс нам сегодня заказан…

– Собираешься пытать меня? – со стоном взглянул ей в глаза. – Решила отомстить за вчерашнее?