– Слушаю, – обозначил я полное внимание.

Потому что обменяться мнениями о погоде мы могли бы и в университете, равно как о иных свойственных началу разговора мелочах.

– Для начала, по твоему делу. – Сосредоточился он.

И было это настолько серьезно сказано, что я не сразу и вспомнил – по какому это.

– Сватовство осложняется тем, что у нашего папы, по всей видимости, есть другой кандидат.

Новость отозвалась болезненно, но не так, чтобы критично. Кандидаты приходят, кандидаты уходят, и как говорится – царствие им небесное…

– Но это не проблема, – тоже был согласен со мной Артем. – Главное, на порог к нему зайти, а там договоримся, какой жених лучше.

– Не пускает? – Озадачился я.

– Не хочет согласовывать день визита. Поговорил с ним по телефону, так тот не отказался, но сказал, что уточнит время. А потом и сам трубку не берет, и его канцелярия отговаривается то отъездом, то совещанием. В общем, не беда – надо лично поехать, не отвертится.

– Просьба заранее сообщить, когда поедешь. Попробую тебя усилить.

– Кем? – Иронично поднял он бровь. – Я, между прочим, деда уговорил сватать ехать.

Ничего себе – невольно вышел вздох удивления.

– Так что сватовство выйдет исключительно представительным, – заметив мою реакцию, усмехнулся Артем.

Это ж целый князь, да еще из старых… Впрочем, кашу маслом не испортить.

– И все же, подскажи. – Настоял я. – Мне ведь своих людей тоже надо будет послать. Финансы, опять же.

– Да в следующую субботу к нему и поеду, – вздохнул Артем. – Прямо в его поместье подмосковное. Часам к девяти – он в это время всегда на месте. И да, попробуй Нику куда-нибудь отослать на этот день. Есть у нее талант, нет у нее таланта, но если вы к тому времени опять разругаетесь, будет некрасиво… Можно было бы сегодня – вы вроде мирно сидели… Но эту субботу, извини, упустили, – нахмурился Шуйский и помрачнел.

– Что-то случилось? – Отметил я его реакцию.

– Да, кое-что случилось. Так что теперь к моим делам, если не против, – выдохнув, снова вернул себе миролюбивый вид Артем. – Не плохое случилось, нет. Скорее… Даже слово не подобрать, – цокнул он.

– Говори, как есть. – Развел я руками. – Можно валом слов, можно эмоциями, можно без имен.

– Да не все так скверно, чтобы эмоциям быть. Но и без них никак, – завозился на месте друг. – Маятно просто… В общем, что ты знаешь про закрытые клубы?

– Смотря какие. Это ближе к студенческим братствам или религиозным орденам?

– Скорее, первое. – Задумавшись, качнул головой Шуйский. – Никаких ритуалов, все вокруг университета. Приглашают не всех, опять же – тайна, закрытые вечеринки для своих. Потом студенты вырастают, становятся князьями и крупными чиновниками, судейскими стряпчими и высшей имперской аристократией. Клуб при этом остается на месте. Знаешь, вроде смотришь со стороны – ну ничего не связывает двух людей, кроме одного университета. А потом – оп! – и имперская судебная тяжба не в твою пользу, по каким-то косвенным доказательствам… Или, вон, к примеру…

– Я понял, – оборвал я его. – Так что случилось-то?

– Зовут в клуб, – поджал он зубами нижнюю губу. – Меня, как княжича. Девушку тоже можно взять с собой. Веру, то есть.

– Это хорошо? – Осторожно уточнил я.

– Это очень, невероятно хорошо. – Согласился он. – Но один ритуал в этом клубе все-таки есть. Посвящение, испытание. Короче, надо ограбить банк, – выдохнул он, словно в воду холодную нырнул.

– О, так я могу посоветовать хорошего специалиста! Если мы сложимся, то два тоннеля точно будут со скидкой!

– Разбойное ограбление, Максим. – Покачал головой Артем. – Посреди бела дня.

– Они с ума сошли, такое предлагать? – Недоуменно посмотрел я на друга. – Это же имперское преступление.

Потому что деньги – это всегда очень серьезно.

– Клуб элитарный, – произнес он, словно через зубную боль. – Ощущение вседозволенности… Быть хищником… И другой бред.

– Смахивает на подставу.

– А то я не вижу, – с усталостью, говорящей о многих размышлениях на эту тему, отозвался Шуйский. – Говорят, что банк принадлежит простолюдину – какому-то купцу из шестой тысячи, и возможные последствия они замнут.

– Банк в Москве? – Сделал я важное уточнение.

– В Москве. Не в центре, но и не на окраине.

– Купец из шестой тысячи? – С иронией уточнил я.

Банки – это очень большие деньги. Чужие, в основном – а значит, их не доверят абы кому. И если встречается исключение, то выводы могут быть, как о качестве этих денег, так и об истинных хозяевах банка.

– Я тоже это вижу. – Хлопнул Артем по подлокотнику. – Но не могу отказать.

– Не можешь или уже не смог?

– Уже, – как-то обескураженно пробормотал друг. – Так получилось. Перспективы действительно громадны, – принялся он оправдывать свое решение передо мной. – Такого шанса не бывает во второй раз! Плюс я пойду не один, там будут еще кандидаты.