Вот сейчас котенком были наши чувства, такие еще некрепкие и ранимые. И кто-то случайно пришиб их дверью. Они обречены.

Сворачивая шею нашему котенку, я подошла и залепила ему пощечину, наблюдая, как он съезжает в оцепенении по стене вниз и, вспоминая, что эту сцену я уже видела и чувствовала…

Когда котенок умер, я шагнула за дверь.

Видео

Море обнимет, закопает в пески,

Закинут рыболовы лески,

Поймают в сети наши души...

Прости меня, моя любовь...

Поздно. О чем-то думать слишком поздно.

Тебе, я чую, нужен воздух.

Лежим в такой огромной луже...

Прости меня, моя любовь.

Джинсы воды набрали и прилипли.

Мне кажется, мы крепко влипли,

Мне кажется, потухло солнце...

Прости меня, моя любовь.

Ступеньки, тусклый свет, чьи-то голоса…

Сумка. Где-то здесь была моя сумочка, а там паспорт... Мне нужно было срочно куда уехать. Правда я еще не понимала куда. Перед глазами мелькали чьи-то лица. Кожаный черный прямоугольник лежал на камине, и я шагнула к нему, потянув за цепочку на себя.

Чьи-то руки требовательно перехватили сумку. Красивые. Ольга… Я выдернула и, обернувшись, пошла на выход. Я ощущала себя словно контуженой. Вокруг что-то говорили, но голоса доносились словно издали и звучали гулко. Голова кружилась, а взгляд никак не фокусировался.

– Женя! Женечка? – встряхнула меня за плечи Ольга и мои колени слегка подкосились.

Оля потянула меня к дивану. Но я вырвала руку, опять разворачиваясь к двери.

– Орцов! – рявкнула она, подхватывая меня за талию и не отпуская.

Я закрыла глаза.

– Жень… - подлетел Юрка, обнимая меня и притягивая к себе.

И теперь я, как гуттаперчевая кукла послушно качнулась к нему.

– Ты чего?
– он начал слегка похлопывать меня по щекам. – Тебе плохо?

Мне плохо?

Я медленно отмахнулась, щурясь на тут же включенный яркий свет. Оттолкнув его, я снова качнулась к двери.

– На улицу? – обеспокоенно спросил он, прижимая меня крепче.

Я медленно кивнула. Подхватив на руки, он вынес меня на крылечко, усаживая себе на колени.

– Ты пила?
– трогая губами лоб и висок встряхнул меня брат и я отрицательно закачала головой.

Тут же появилась Ольга со стаканом воды, и я снова отказалась, качая головой.

Они тревожно переглянулись.

– Где Дэн? – требовательно спросила она, зажимая моё лицо в руках.

Я обессиленно ухмыльнулась.

– Это он!? Это из-за него!? Что он сделал!?! – наперебой затормошили меня они. – Он обидел тебя!?

Я хотела сказать, что он тут не причем, чтобы они не трогали его… но ничего сказать я не могла и только вяло отрицательно крутила головой, чувствуя, как сердце брата вколачивается в мое плечо.

Я что-то хотела у них попросить и несколько раз даже попыталась, но мой рот не выдал ни одного звука.

Ольга с Юркой смотрели друг на друга, молча о чем-то разговаривая, и тут Ольга в ярости подскочила на ноги.

– Нет! – рявкнула я.
– Не трогайте его. Я сама…

– Что – сама!? – со слезами на глазах рухнула она обратно.

– Всё - сама…

Подняв глаза вверх, я увидела Зимина, который обеспокоенно и расстроенно смотрел на меня.

– Такси до Новосиба вызови… - зашептала я Юрке.

– Давай ко мне домой, я тебя сам отвезу завтра?
– зашептал он мне в ответ.

– Я не поеду больше к тебе.

– Там же вещи, деньги…

– Всё выкинь.

Я всунула Юрке свой телефон.

– Такси.

Он что-то надиктовывал на автомате в трубку и отстранившись, потребовал у меня:

– Адрес?