Шрифт:
– а на бумаге оно как-то спокойнее. . Тем более, они сейчас не в том состоянии, чтобы мстить большому количеству прохладной воды.
– Значит, ты согласен подождать? – Осторожно уточнил Шуйский.
– Я согласен подготовить для них хорошие новости, - допив кофе, поднялся я изза стола.
– Прости, но на что ты надеешься?
– О, исключительно на дипломатию. Она у меня отлично получается.
Глава 27
Бывает так, что путешествие превращается в движение из точки «А» в точку «Б».
Все сливается в бесконечность километровых отметок на столбах вдоль трассы,
монотонный говор навигатора и редкий адреналин от обгонов, избежать которых никак не получилось. Потому что надо доехать, и рисковать машиной не имеешь права.
За окном стремительно менялась природа, из желто-серой окрашиваясь в серебро заиндевевших за ночь хвойных красавиц. Дорога поднималась ввысь,
сужаясь на подъемах и поворотах, и падала в низины по накатанным колеям. В
туманах, поднятых дневной оттепелью, прятались горы и вершины сопок. Но где-то там, впереди, была цель – и гасло любопытство, отзываясь внутренним недовольством.
– Все будет хорошо, - успокаивал с соседнего сидения Артем, неведомо отчего обретший умиротворение.
В его чуть легкомысленной улыбке читалась уверенность, за которой виделась простая мысль – никакого «виртуоза» в конце пути не будет.
Поэтому он все еще ехал рядом - наследный княжич, которому не составит труда связать меня по рукам и ногам во мое благо, пока он организует правильный штурм.
Что такое один-единственный «виртуоз», оторванный от своего войска, для ресурсов целого клана? Но ведь для этого надо признать наличие «виртуоза».
Признать, что информацию о перемещениях Артема передали врагу. Признать, что сделала это его любимая девушка, которой он верит. Невозможные допущения - а со всем остальным он справится сам.
– Ты уже ошибался, - добавил Шуйский к своим словам. – Ошибаешься и сейчас.
Но кроме этого – от него не последовало иных слов, а на следующей остановке
Артем занял заднее кресло, сменившись местами с Инкой.
Будто наше соседство способно поколебать его точку зрения и переубедить.
Хотя я так ничего ему и не ответил.
– Плохо, когда похищают родного человека, да? – Спрашивала Инка, чуть опустившая спинку кресла, отчего голос ее слышался чуть позади – словно от правого плеча, где по поверью положено быть ангелу-хранителю.
Хотя бесу полагается обретаться на другом плече, но машина была леворульной.
Наследная принцесса могущественной семьи, способная легко сдать
Черниговских родне, а еще через две недели, когда сойдут все клятвы, а караван с деньгами будет разграблен, пожаловаться отцу на меня лично. Цена жизни постороннего для Аймара – пустяк, не стоящий упоминания, а денег и влияния хватит, чтобы сделать существование практически любого человека весьма недолгим – или долгим и невыносимым. Но для этого надо было уехать с Пашей в
Москву. Уехать и отказаться от конца истории - от приключения, которое манит,
маскируясь за злостью и мечтой о мести. Тем более, что с ее рангом – никакой опасности не существует. Победить превосходящего врага ей не суждено, а вот чтобы сбежать с поля боя – более, чем достаточно. Поэтому она шипит с соседнего кресла, стращая бедами, но отчаянно жаждет видеть финал.
– Тяжко и отвратительно знать, что дорогое тебе существо отнял и скрывает какой-то мерзавец. Что с ней сейчас? Цела ли она телом и душой?
Ей тоже не досталось ни слова в ответ, равно как и жеста, мимики лица и движения глаз. А ведь Инке определенно хотелось любой реакции – видеть, как сминают жернова кармы мое спокойствие, выдавливая из бесчувственного человека хоть каплю раскаяния. Усовестить человека, которого не удается убить и пытать.
Указать на горящий дом и объяснить гневом небес, действующим в ее интересах.
Но не сбылось, и на следующей пересадке ее место заняла Го Дейю.