– Эй, Ревик, - позвала Касс, наблюдая, как он вытаскивает ключи из замка зажигания.

– Что такое, Касс?
– отозвался он, не поворачиваясь.

– Я сожалею о том, что сказала.

Ревик обернулся на неё. Она выглядела застенчивой, потерявшейся в гнезде из одеяла и шарфа. Она коснулась его руки костлявой ладошкой, и он слегка вздрогнул, ощутив за этим жестом эмоцию.

– Наверное, я просто не понимаю. Ты кажешься одним из хороших парней.

Посмотрев на неё, Ревик позволил пальцам соскользнуть с руля, не выпуская ключи. Он взглянул на Джона и увидел, что тот тоже на него смотрит.

Ревик коротко выдохнул, проводя по лицу рукой в перчатке.

– Да нечего здесь понимать, Касс, - он посмотрел ей в глаза, стиснув зубы.
– ...И не такой уж я хороший.

Джон заговорил, удивив его.

– Ты её любишь?
– спросил он.

Ревик посмотрел на него. Сосредоточившись обратно на своих руках, он посмотрел на складки кожи вокруг пальцев. Спустя ещё мгновение он опять выдохнул.

– Я люблю её, - сказал он. Затем кивнул, отчасти удивившись, что сказал это.
– Да.

На протяжении одного долгого мгновения никто ничего не говорил. Когда Ревик в следующий раз поднял взгляд, Касс улыбнулась. Джон хлопнул его по плечу здоровой рукой, слегка тряхнув при этом. Слабая улыбка приподняла уголки его губ.

– Ладно, - он улыбнулся шире и посильнее тряхнул его за плечо, заставляя Ревика посмотреть на него.
– Давай, чувак. Пошли, найдём уже душ.

Глядя, как Касс возится с дверной ручкой, Ревик кивнул и вытер лицо перед тем, как сделать то же самое.

Я шла в неровном людском потоке по лондонской улице, сканируя лица.

Я обращала внимания и на здания, и на случайно проезжавшие машины, когда мы проходили мимо очередного засаженного деревьями парка - отличного от того, который мы миновали после выхода со станции метрополитена.

Я остановилась у новостного киоска и тупо уставилась на изменяющиеся заголовки, мигавшие на мониторе над витриной. Мои глаза осознали непосредственное значение слов лишь несколько секунд спустя.

«НОВЫЙ САЙРИМН ВЗРЫВОМ БОМБЫ УБИВАЕТ 28 ЧЕЛОВЕК В ПАКИСТАНЕ! ЗАМЫСЕЛ ТЕРРОРИСТОВ СВЯЗАН С КИТАЕМ!»

Даже спустя те месяцы, что я путешествовала и провела в Индии, я все ещё правила передними полосами новостей.

Я читала детали по мере того, как они пробегали под заголовками.

Очевидно, меня вновь считали погибшей. Я задавалась вопросом, упростит ли это мне пересечение границы. Я все ещё читала, когда Мэйгар подошёл ко мне сзади и не слишком деликатно схватил за руку толстыми пальцами. Он повёл меня по улице с белыми домами, которые выглядели так, точно их вырвали со страниц детских сказок про Лондон.

Флаги разных стран хлопали над нашими головами. Мимо проехал тонированный, пуленепробиваемый лимузин, и на капоте спереди тоже стояли маленькие квадратные флажки. За ним последовал ещё один, сопровождаемый военной полицией на мотоциклах.

Мне показалось интересным, что Мэйгар привёл меня в место, где, похоже, располагались резиденции представителей как минимум дюжины стран. Каждый сидящий в этих лимузинах заплатил бы огромные суммы за то, чтобы на меня надели ошейник и заперли в комнате без окон.

И все же здесь было красиво.

Густо засаженный цветами, аккуратно подстриженными кустарниками и деревьями, парк был полон прогуливавшихся мужчин в костюмах. Они держали под руку женщин, которые носили шляпки и перчатки, отчего создавалось странное ощущение вне времени. Я посмотрела на свои руки, которые были выкрашены в тон темнее моего естественного цвета кожи. Мои обычно короткие ногти сменились накладными, чтобы соответствовать моему новому удостоверению личности, хотя сейчас моя одежда не очень-то под него подходила, как и темно-красный лак для ногтей. Коснувшись серебряной цепочки на шее, я засунула руки в карманы.

Для перелёта видящие использовали в моей маскировке все, кроме пластической хирургии.

Они не позволили мне уехать через Дели, который находился слишком близко к Сиртауну. Вместо этого я вылетела из Калькутты, замаскированная лицевыми протезами, покрашенной кожей, кровяными патчами на всех пальцах на случай внезапного расового сканирования, цветными контактными линзами, париком, шляпой и несколькими платками поверх дорогого сальвар камиза – разновидности индийской одежды, состоявшей из длинной туники и мешковатых шёлковых штанов. Мои отпечатки пальцев и ДНК совпадали с моим удостоверением личности восточно-индийской женщины, которая путешествовала по делам бизнеса вместе со своим мужем-торговцем.