Журналисты довольны. Сенсация в руки плывет! На халяву! К такому здесь не привыкли. Куруму не сдобровать. Мы размажем его в грязь, предъявим миру истинное лицо. Долго икать будут. Пресс-конференция продолжается. Вопрос-ответ, вопрос-ответ. Подключаются журналисты Сахья. Поначалу они робели. Встает здоровенная тетя.

— Можно личный вопрос?

Киваю. Интересно.

— Мы рады вашему возвращению. Но есть кто-то, кто ждал вас особо?

Аудитория обращается в слух. Что ответить?

— Есть девушка, которая мне нравится. А вот я ей — нет.

— Не может быть, тофин! Вас любая вас полюбит!

На лицах журналистов улыбки. Надо завершать.

— Она очень строгая, а я всего лишь актер. Она считает меня легкомысленным.

В зале недоверчивый шум.

— Знаете что, тофу? Я лучше спою. Возможно, она услышит. Я хочу, чтоб она знала: я ее не забыл и вспоминал в застенках Курума. Мне становилось легче.

Делаю знак. Мне несут рик. Это запланировано. Правда, петь я собирался другое. Ничего страшного, поменяем.

— Эту песню вы слышали, она звучит в фильме «Очаровашка». Но мало кто знает, кому я ее посвятил. В моем побеге был такой эпизод. Выйдя к границе, я увидел забор из проволоки. Изоляторы говорили о том, что она под напряжением. Преодолеть невозможно. Я знал, что меня ищут, по пятам шли преследователи. Щадить меня не собирались. Я готовился умереть и в знак прощания запел эту песню. Меня услышали пограничницы. Они расчистили для меня проход и защитили от преследователей. Выходит, моя любовь спасла меня. Благодарю тебя, строгая девушка!

Беру аккорд.

По лицу задавшей вопрос журналистки бегут слезы. Другие смотрят в пол. Хорошее завершение разговора. На такой ноте и закончим. Не считайте меня циником. Циник говорит то, о чем другие думают.

Сайя выключила телевизор и задумалась. В новостной программе комментировали вчерашнюю пресс-конференцию. Говорили политики и простые люди. Их мнения совпадали: Курумцы — негодяи. Но им попался крепкий орешек. Такие люди, как Влад, — гордость страны.

Сайя вздохнула. Влад ее опять удивил. В первый раз — появившись неизвестно откуда. Во второй — замечательно сыграв роль в фильме. И вот снова…

Какой он, на самом деле? Настороженный чужак, легкомысленный актер или этот умный и сильный мужчина? Услыхав, что Влад остался в Куруме, Сайя только плечами пожала. Чему удивляться? Сахья для Влада чужая страна. Предложили жирный кусок, вот он и соблазнился. Жаль, продаст информацию о моторах, но Дом свои уже сделал. Куруму придется догонять, а это время. Дом выйдет на рынок раньше.

Но потом было заявление председателя Лейи. Тут Сайя задумалась. Почему за Влада вступились? Что-то не так. А затем разнеслась весть о его побеге. В новостях она видела встречу на вокзале. Там собралась толпа. Охрана едва сдержала людей. Они рвались к Владу, чтобы прикоснуться к нему, что-то сказать. Сайя сочла это лишним. В чем заслуга? Влада вытащила разведка Сахья, Сайя в этом не сомневалась. Оказалось, что сбежал сам.

Соверши это женщина, Сайя не удивилась бы. Их готовили к войне. Но мужчина? Разобраться с охраной, угнать бронеход, пройти двести мергов… Невероятно! Но Влад сделал это. Почему он стремился в Сахья? Из-за нее? Так он сказал журналистам. Нет, не верится.

Верить, однако, хотелось. Чувствуя это, Сайя злилась. Да кто он такой? Легкомысленный и недалекий мурим. Петь — это не Домом управлять. Ума много не надо.

«Не ври! — сказал ей внутренний голос. — Влад — герой. Им все восхищаются. Его каждая полюбит».

— Я не каждая! — сказала Сайя. — Я особая.

«Но и он особый! — возразил голос. — Влад красив и умен. Он сильный мужчина. Лучшего не найти».

— Я попробую, — возразила Сайя.

«Попытайся! — съехидничал голос. — Может, к старости и удастся».

— Заткнись! — приказала Сайя и встала с кресла. Надоел! Она прошла в спальню и легла в кровать. Сон не шел. Подумав, она взяла клач и включила радио.

— Потому, что нельзя, потому, что нельзя, потому что нельзя быть на свете красивой такой… — пропел знакомый голос.