Смех в зале.

— Затем подошла и схватила за поломанный нос. Было очень больно. Она сказала, что заставит меня сказать то, что ей нужно. Меня усадили на стул. Две тюремщицы держали меня за руки. Подошла агент Мург. В руках у нее был электрический генератор. Она присоединила провод к моему уху и стала крутить ручку. Боль была невероятная. Мург пообещала, что в следующий раз провод присоединят к гениталиям. Говорила, что я вонючий мурим…

— Позвольте! — вскакивает тетка в зале. — Репортер курумского телевидения Авен Сар. Вы лжете. Слово «мурим» в Куруме запрещено. Виновных наказывают по закону.

— Видимо, Мург об этом не знала. (Смех в зале.) Как и директор Департамента. Она тоже говорила «мурим». А тот факт, что меня били и пытали, вас не смущает? Это законом разрешено?

Тетка что-то бурчит и садится на место. Ай, молодца! Сама подставилась.

— Мне предложили заявить, что я остаюсь в Куруме. Дескать, выбрал свободу. В противном случае обещали пытать. Пришлось притвориться. Меня перестали бить, а через три дня я сбежал. Вот и все.

— Тофин Влад!

В зале встает стройная брюнетка.

— Меня зовут Гюль, информационное агентство Эпира. Как вам удалось сбежать и выбраться из Курума?

— Просто, тофу. На той базе обучали бронеходчиц. Мне удалось изучить их распорядок. Вечером я нейтрализовал Мург, применив ее же парализатор. Затем пробрался в ангар. В раздевалке парализатором нейтрализовал одну из бронеходчиц. Надел ее шлем. Он не позволяет рассмотреть лицо. На мне была военная форма Курума. Как я понимаю, ее дали, чтобы не привлекал внимания. Это помогло. Выдав себя за пилота, я пробрался в бронеход, и вместе с остальными вышел за территорию базы. Был вечер, бронеходчицы отрабатывали ориентирование в темноте. Меня отправили на дальний край полигона. Там я преодолел забор и вышел на дорогу. По ней, а впоследствии и другим, добрался до границы. Перешел ее. Вот так.

— Извините, тофу, но ваш рассказ вызывает сомнения. Мужчины не водят бронеходы.

Спасибо, Гюль, за вопрос. Я ждал его от курумки. Но та молчит — знает.

— Попрошу всех выйти во двор. Я кое-что покажу.

Журналисты встают. На лицах удивление, смешанное с предвкушением. Как я их понимаю! Сам когда-то таким был. Выходим во двор. Операторы волокут камеры, репортеры — микрофоны на штангах. Сейчас мы вас удивим. Во дворе стоит «Агарь». Рядом застыла пилот в форме Курума.

— В этом я бежал, — показываю на бронеходчицу. — Моя форма и шлем. На нем написано имя пилота — Сис Берт. Ее я нейтрализовал. А вот бронеход. Новейшая модель, ее курумцы не продают. На корпусе опознавательные знаки и тактический номер. А сейчас смотрим!

Под прицелом камер запрыгиваю в машину. Нажимаю кнопку. Закрывается дверь, ноги обхватывают крепления. Веду бронеход к ограде и разворачиваюсь. Боком — влево, боком вправо, поворот. Посмотрите, как танцует бронеход…

Сегодня утром тренировался. Пришлось помучаться, но освоил. У бронеходчиц это обычное упражнение, но я мужчина. У наблюдающих за бронеходом журналистов отвисают челюсти. Подгоняю машину к ним и нажимаю на кнопку. Выхожу наружу и кланяюсь. Аплодируют.

— Еще кто-нибудь сомневается?

— Извините, тофу, — это снова Гюль. — Если б не увидела сама… Откуда у вас такие способности?

— Около года назад меня ударило током. Высокое напряжение. Не знаю, как выжил. Видимо, это повлияло.

— Курумцы не знали?

— Я не рассказывал. А они не спросили.

Журналисты смеются.

— Вернемся в зал или останемся здесь?

— Здесь! Здесь! — кричат операторы. Я их понимаю. Одно дело — снимать в зале, другое — на фоне бронехода. Картинка!

— Задавайте вопросы.

— Тофин Влад, — говорит мосластая тетка с лошадиным лицом. — Я из Норгея. Зовут Яна, — она кокетливо улыбается. — Почему вы отказались сниматься в Куруме? Денег мало пообещали?

— Мне предложили продать Родину. Я ей не торгую.

Аплодисменты.

— Почему именно вам? — не отстает Яна. — Будь вы изобретатель или хотя бы инженер… Но вы актер.

В корень зрит, стерва! Но я этот вопрос ждал.

— У меня только догадки, тофу. Причина — наш фильм. Он шел с огромным успехом, к кинотеатрам стояли очереди. Власть это раздражало. Почему в стране, которую они считают отсталой, снимают такие фильмы? Миф рушится. Следовало сгладить эффект. Актер Сахья, который выбрал Курум, показал бы: у них лучше.

Неплохая версия. И фильму реклама.

— Предлагаю вернуться в зал, — говорит Гайя. — Мы покажем, как Влад пересек границу. У нас есть съемки.

Журналисты устремляются обратно. Еще бы! Такой материал! Все смотрят на экран. Кадры впечатляют. Вот я пересекаю проход, за мной бегут три бронехода. Два останавливаются у забора, один идет следом. Поднимает манипулятор…

Экран гаснет.

— Это запись с регистратора укрепленного пункта, — говорит Гайя. — Как вы видели, Влада пытались убить на территории государства Сахья. Оператору рельсотрона пришлось стрелять. Все в рамках закона. Скажу больше. В знак доброй воли наше руководство распорядилось вернуть Куруму останки погибшего пилота. Вам раздадут носители с записью этого эпизода.