– Мне жаль, - бормочу я, потому что не знаю, что еще сказать. Запрокидываю голову назад, пока не ударяюсь с тихим звуком о деревянную дверь за спиной, и сосредотачиваю взгляд на металлическом светильнике над кроватью.

– Почему ты здесь на самом деле, Лекси?
– спрашивает он тихо; кажется, вся злость из его голоса пропала.

– Я не знаю.
– Он раздраженно вздыхает.
– Я просто... Я...
– Проклятье, как просто начать? Я опускаю голову, и его взгляд встречается с моим.
– Я не могу перестать думать о тебе, - признаюсь я. Он шипит сквозь зубы и возвращается ко мне, ударив ладонями по обе стороны от моей головы, будто заключая меня в клетку. Склоняется ко мне.

Какое-то время он ничего не говорит, и мой пульс ускоряется, беспокойство становится невыносимым.

– Че-е-е-ерт, - рычит он.

Медленно он приближает свое лицо к моему, пока между ними не остается всего несколько миллиметров. Его взгляд не отрывается от моих глаз, прежде чем опуститься к моим губам и задержаться на них в течение долгого удара сердца.
– Ты замужем, - выдыхает он напротив моих губ.
– Ты не должна думать обо мне. Тебя не должно быть здесь.

– Я знаю, что у меня есть муж, Ксавьер, но перед этим я была с тобой, и...

– И ты бросила меня, - говорит он с еле сдерживаемым рыком.

Я закрываю глаза, пытаясь вжаться в дверь так сильно, как только могу, и избежать давления этого мужчины.

– Ты знаешь почему, - я замираю, когда чувствую, как его пальцы пробегаются по моему подбородку и горлу.
– И причины все еще не изменились, но...

– Но что?
– его губы почти невесомо касаются уголка моего рта, и, Боже, я хочу, чтобы он поцеловал меня.

– Но причины уже не кажутся такими важными, когда ты рядом, и я скучаю по тебе.

Он выгибает бровь.

– Так, что, теперь ты хочешь меня, только потому, что я трахнул тебя несколько раз?
– наклонившись, я чувствую касание его губ к моему уху и дрожу от этих ощущений.
– Это моя работа. Я теперь еще больший неудачник, чем когда ты бросила меня, - его голос пропитан глубиной и низкими нотками, поднимающими во мне бурю эмоций.

Я тяжело сглатываю и нежно прижимаю ладонь к его груди. Жар его тела просачивается сквозь материал одежды, и мне приходится заставить себя сосредоточиться.

– Ты - не неудачник. Ты сделал то, что пришлось.
– Он отстраняется и снова смотрит на меня.
– Я о том, Ксавьер, что есть парни, которые продадут свое левое яичко за то, чем ты занимаешься, - говорю я быстро, пытаясь выставить ситуацию с лучшей стороны, но правда в том, что я знаю его. Я знаю его лучше, чем кого-либо другого в этом мире, и вижу, как ненависть к себе царапает него изнутри, словно бешеный зверь.

– Но не я.

Я грустно улыбаюсь и провожу руками вверх по его груди, слегка задевая пальцами затылок.

– Да, только не ты, - произношу тихо.

– Пожалуйста, Лекси. Уйди, - он тяжело дышит носом, сжимая губы. Хотя он и сказал эти слова, все же Ксавьер не пытается от меня отстраниться.

– Что если я не хочу уходить?
– спрашиваю с опаской. Я уже больше не знаю, что должна делать, но это он. И я это я. Это мы.

Его глаза пробегают по моему лицу, и на секунду я могу видеть, как он разрывается на части, ведя внутреннюю борьбу, прежде чем схватить меня за волосы и оторвать от двери, прижав к себе. Его губы впиваются в мои так сильно, что я бы оступилась и упала, не удерживай он меня так крепко. Мои губы инстинктивно раздвигаются, приглашая его, и он так и делает, проскальзывая языком в мой рот со всей страстью и жаром, от которых я стала такой зависимой. Он целует меня, пока мои ноги не слабеют, а легкие не начинают гореть от нехватки кислорода. Его хватка в моих волосах усиливается, и он тянет меня за них так сильно, что мне становится больно. Я задыхаюсь, мое дыхание до смущения громкое, когда он с яростью проводит губами вниз по моему горлу. Он, наверняка, чувствует, как сильно бьется мое сердце. Когда он прикусывает мою разгоряченную кожу, я не могу сдержать дрожь и прижимаюсь к нему ближе.

– Черт, Лекси, ты всегда такая вкусная, - рычит он. Все во мне пылает с такой силой, как никогда не сможет гореть для кого-либо еще. Ксавьер воспламеняет меня до глубины души, и это чувство делает меня зависимой, это невозможно забыть. Шесть лет - недостаточный срок, чтобы избавить меня от этой жажды, но достаточный, чтобы заставить меня желать его с отчаяньем, которое поглощает каждую мою мысль.

Его губы возвращаются к моим, и я вцепляюсь в его джемпер, пробираясь под ткань и проводя пальцами по его твердым мускулам и горячей коже. Он не сдерживает тихого стона, и его пальцы впиваются в мои бедра, притягивая меня ближе к его паху. Его эрекция прижимается к моему животу, и я хочу этого, боже, я так этого хочу. Мой разум затуманивается на несколько секунд, поглощенный чистой потребностью чувствовать его своей кожей, его губы на моем теле. А затем все это очень быстро испаряется, омрачаясь уже знакомой до тошноты виной и причинами, почему все это неправильно. Я не хочу быть таким человеком.

Оторвав свои губы от него, я прижимаю два пальца к его рту, сдерживая его. Его горячее дыхание ласкает мои пальцы, а его глаза полны жара и желания.

– Я не... не за этим сюда пришла.

Он выгибает бровь.

– Тогда зачем ты пришла? Я - эскорт, если ты вдруг забыла.

Я опускаю лицо, сосредоточив взгляд на деревянном полу под ногами. Я вдруг понимаю, что он, должно быть, думает обо мне и о себе.

– Ты достоин большего, чем просто секс, Ксавьер.
– Тишина. Единственный звук - наше дыхание.