Мы заходим в церковь, и я ни на минуту не забываю, как трудно было забираться на эти каменные ступени. От этого атмосфера становится более значимой.

— Нужна минутка? — спрашивает Анна, когда я останавливаюсь в конце прохода, смотря вниз на алтарь и гигантский орган за ним.

— Нет, — отвечаю ей. — Я в порядке. — Я говорю «спасибо» во многих других местах.

Мы идем вниз по лестнице в подвал и занимаем места в круге. Последние, как обычно.

Немного улыбаясь, Пэм встает перед нами, сжимая ладони.

— Сегодня вторник, — говорит она. — Как самочувствие?

— Хорошо, — отвечает большинство из нас, в то время как Реджи, ветеран, говорит, — дерьмово.

Обычно так начинается наша встреча. Затем Пэм обойдет всех и спросит каждого отдельно, как прошла его неделя. А потом, когда все закончится, будет ждать, хочет ли кто-нибудь поговорить о чем-то конкретном.

— Прежде чем мы начнем сегодня, — начинает Пэм, пару секунд глядя на меня, прежде чем отвести взгляд. Мне кажется, или я видела в ее глазах намек на беспокойство? — Я хочу, чтобы вы все знали, у нас новый член группы.

Все оглядываются друг на друга, в удивлении поднимая брови. Новенький? Нет. Все здесь.

Затем я замечаю пустой стул впереди, рядом с Пэм.

— Чем больше, тем веселее, — бурчит Реджи с полным ртом песочного печенья.

— Итак, — говорит она, оглядывая всех нас. — Ему есть что рассказать. Он, как и все мы, жертва ПТСР. Но он много лет живет с этим расстройством, не обращая на него никакого внимания. Даже не признавая его. Он ветеран, как и вы, Реджи. Сражался на войне в Афганистане.

Все внутри меня сжимается, и Анна с любопытством смотрит на меня.

Пэм продолжает:

— Не хочу говорить слишком много, лучше узнаем обо всем из его уст. Надеюсь, нам удастся заставить его почувствовать себя достаточно хорошо, чтобы вернуться. Я видела, как с помощью этой группы многие из вас смотрят в лицо своим демонам, и им удается выйти из этой схватки сильнее, чем они были. И я искренне верю, что каждый заслуживает подобного шанса.

И теперь Пэм недолго смотрит на меня, взглядом пытаясь что-то сказать мне, прежде чем посмотреть на кого-то за моей спиной.

— Итак, — говорит она, указывая на лестницу за моей спиной, — это Кейр.

Нет.

Не может быть.

Я даже не могу повернуть голову, чтобы посмотреть.

Кейр идет мимо стульев, направляясь прямиком к Пэм.

Это он. Действительно он.

Он останавливается в передней части комнаты и смотрит прямо на меня.

А я не могу даже дышать.

Он выглядит так же великолепно, как я помню. Знаете, когда думаешь, что до сих пор любишь кого-то, воспоминания искажают прошлое, заставляя образ этого человека выглядеть лучше, чем он был.

Это не тот случай.

Его глаза прекрасного зеленого цвета, смотрят на меня так, что я понимаю, он видит все мои чувства и боль. Небольшая борода на его сильной челюсти. От вида его губ я ощущаю тепло. Мое тело отлично помнит, каково было ощущать их.

Он все такой же высокий и доминирующий. И теперь, когда я знаю его, что он пережил, кем он был, я вижу силу в нем. Он всегда выглядел как человек, привыкший командовать. Как человек, обученный сражаться. Защищать. Не знаю, почему мне понадобилось так много времени, чтобы понять это. Невозможно упустить напряжение в его взгляде, его властные манеры, то, как он идет сквозь толпу.

Опять же, есть и другая сторона. Та, которая заставляет его испытывать страх посреди ночи. Причина, по которой он должен быть здесь.

— Всем привет, — говорит он с сильным акцентом. И я дрожу, вспоминая звук моего имени на его губах. — Меня зовут Кейр МакГрегор. Последние восемь лет я провел в Королевском шотландском драгунском полку. Последнее звание - младший капрал. Как вы знаете, меня направили в Афганистан. Я... — он замолкает и смотрит в сторону, почесывая за ухом, — честно говоря, не знаю, с чего начать. Я долго избегал чего-то подобного. Сторонился говорить об этом. Сторонился всего. Я многое видел, много сделал. И хранил все внутри. Хочется все это отпустить, но не знаю как.

— Это, правда, он? — шепчет Анна мне на ухо. — Твой Кейр?

Я едва могу кивнуть, мои глаза прикованы к нему. Потому что я боюсь, вдруг отведу взгляд, и он исчезнет.

— Просто расскажи, о чем думаешь именно сейчас, — говорит Пэм, садясь рядом с ним, в то время как он остается стоять. — Мы никуда не спешим. Никто не сможет сразу разобраться в твоей истории. Для того чтобы добраться до сути, уйдет немало времени, даже если поначалу кажется, что многое на виду. Мы должны изучить ее постепенно, поэтому расскажи нам первую часть.