– Сереж, Сереж.

– Чего? – поднял я голову, но увидел лишь затылок Даши.

Она, впрочем, как и большинство замолчавших игроков смотрела на экран телевизора. Какой-то странный чешский канал, по всей видимости региональный. И пожилая женщина на фоне раскуроченной двери что-то эмоционально рассказывала. Языка я не понимал, но внизу бежала строка на английском.

«Франтиска Колаш услышала шум и выглянула в окно. Дверь оказалась уже сорвана с петель, а подозреваемый был внутри. Спустя некоторое время предполагаемый преступник появился на пороге, держа бессознательного мужчину. По всей видимости, им являлся хозяин особняка, Радко Поган. Полицией Праги составлен фоторобот подозреваемого».

Особняк Видящих пропал и его место сменила картинка знакомого мне Игрока. Острые скулы, презрительный взгляд и, хоть двухцветное изображение было очень скудно в выборе оттенков, мог поклясться, белоснежные волосы. Вот ведь, зараза, сомневаюсь, что у него нет Маскировки. Он попросту не считает нужным скрываться.

Рис повернулась, посмотрела на меня и мы произнесли дрожащим голосом.

– Началось.

Не помню кто, но несомненно кто-то умный сказал: «В минуты всеобщего хаоса необходимо не поддаваться панике». Может Платон или Аристотель. А может я сам это придумал. Важно другое – мысль была верная. Если разбирать слово «неизбежное», то получится, что это что-то, чего нельзя избегнуть. Остается лишь спокойно встретить судьбу и достойно ответить ей. По мере сил и возможностей.

Нет, сказать, что известие о похищении Гроссмейстера (а даже первоклассник бы догадался, кто скрывался под фальшивым именем Радко Погана) оставило меня равнодушным – значило соврать. Я был разозлен и немного испуган, но довольно быстро взял себя в руки. Все идет именно так, как и предсказал глава Видящих.

– Я одного не понимаю, зачем ему Гроссмейстер? – спросила Рис через мое плечо. – Не легче ли было похитить Оливерио? Ведь он может видеть будущее.

Мы находились в букинистической лавке, располагающейся за «Харчевней». Странное здесь было место. Непохожее на сетевые книжные магазины – плохо освещенное, сплошь заставленное высокими шкафами с узкими проходами между ними, с лестницей, уводящей в подвал. Там, по всей видимости, было нечто вроде склада. Продавцом оказался сухонький невысокий человек с козлиной бородкой и толстенными очками в роговой оправе. И направлением Классификатор.

– Потому что предсказания Оливерио неточны, – отложил я «Древние культы Пелнира» в сторону, – ему надо хорошо знать человека, настраиваться на него. И даже в этом случае видения будут смутны. С Гроссмейстером ситуация противоположная. Он Оракул наоборот.

– Это как?

– Вот эту посмотрите, – перебил ее продавец, протягивая мне пухлый томик, – «История Отстойника: от Геркулеса до Оратора».

– А кто такой Оратор?

– Гитлер, – ответила Рис, – ну так почему Гроссмейстер это Оракул, только наоборот?

– Ну хорошо, погорячился. По силе не совсем Оракул. Возможно, его направление чуть похлипче. Однако суть верна. Оракул мог увидеть будущее любого человека, а Сплетающий Нити способен сказать тоже самое о прошлом. И чем ближе тот будет к объекту, тем информация точнее.

– Поэтому ему нужен живой Гроссмейстер, чтобы найти тебя.

– Ага. Происходящее минуту назад – это тоже прошлое. Обнаружить меня будет не так просто. Но Видящий сказал, что у нас пара дней. Наверное, станет сопротивляться.

– А Всадник будет его пытать.... Я бы сразу все рассказала. Тем более, если знаешь, что это неизбежно.

– Нет, ты не понимаешь, – сгреб я три книжки и вопросительно посмотрел на продавца.

– Шестьдесят грамм, – не дрогнув, заявил тот.

– Однако.

– Говорила же, дорого здесь.

Я отсчитал деньги, размышляя над книгопечатанием. В цепочке автор-издательство-торговец, последние, на мой взгляд, когда-нибудь окончательно погубят «бумагу» своими неоправданно задранными ценниками.

– Пойдем.

Взял три томика: «Историю Отстойника», «Путеводитель по пяти крупнейшим городам Пургатора», «Откуда есть пошла Ноглская земля» и убрал в инвентарь. Будет теперь чем заняться на досуге.

– Так вот, на чем я остановился? – вышли мы в заснеженный дворик, – Гроссмейстер не станет нарушать то, что предопределено. Думаю, только это и сдерживает его и придает сил. Так бы давно все рассказал. Ладно, что там по твоему делу?

– Договорились с робером на завтра.

– Робер? – вспомнил я обстоятельства, при которых впервые слышал это слово.