Ответил домовой не сразу. С минуту он собирался духом, несколько раз открыл рот, но все равно говорить стал после длинной паузы.

– Невеста она была хозяина прошлого.

– Марка?

– Марка, – кивнул домовой, – лет восемь как разбежались.

– Чего так?

– Дело житейское, – уклончиво ответил Лапоть.

– Да потому что гад был Марк, а я сразу и не поняла, – вмешалась Рис, – за копейку удавится, а за полкило пыли мать родную продаст.

Я вновь остановил ее жестом.

– А расскажи, мой дорогой, о прошлом хозяине.

– Что о нем рассказывать, человек. Две руки, две ноги, – буркнул он.

– Ничего Лапа тебе не ответит, – снова встряла Рис, – потому что Марк козел. Был. При мне, по крайней мере. При чужих про прошлых хозяев домовые плохого говорить не будут. А я, как ни верти, чужая.

– Да? – удивился я.

– Дарья Михайловна женщина ладная, – кивнул домовой, – ежели вы вдруг пожениться захотите, да ребятишек народить, только рад буду. Лучшего выбора и не найти...

Меня это немного покоробило. Не то, что Лапоть уже сосватал, даже разрешения не спросив, а то, что Рис у него ладная женщина. А вот про Юльку, которую тоже видел, слова не сказал. И ведь спрашивал, как она ему. Тогда как-то отбрехался черт.

– Слушай, Лапоть – дошло до меня, – ты говорил, что прошлый хозяин тебя прогнал. А тут вдруг выясняется, что он умер. Показания как-то не сходятся.

– Ну не совсем прогнал, скорее оставил, – совсем смутился домовой.

Рис же не вытерпела и засмеялась.

– Лап, извини, но он все равно узнает. В общем, Сереж, твой домовой сделал неоценимую услугу для всего города. А может и пары окрестных миров. Убил Лапоть своего прошлого хозяина.

Вот эта новость меня потрясла. Когда начинаешь встречаться с девушкой, подразумеваешь, что у нее были мужчины. Другое дело, если выясняется, что та трижды вдова и ты у нее четвертый. Конечно, метафора так себе для наших отношений с домовым, он ведь вроде мой… нет, не слуга, подчиненный что ли? Тоже не то. В общем, я, принимая его на постой, искренне полагал, что Лапоть не сможет причинить мне вреда. А вон оно что выясняется.

Домовой меж тем совсем расстроился. Он стоял, понуро опустив голову и ронял крупные слезы на линолеум. И, судя по нарастающим всхлипываниями, плач Ярославны только набирал силу. Рис поднялась со стула, обняла домового и стала его утешать.

– Лап, ну ты же не виноват. Просто стечение обстоятельств.

– Ну я… же… получается…

– Ничего не получается.

Я встал и вышел в зал. Да уж, что и говорить. Сумасшедшие встречаются везде, но только в психиатрической клинике это бросается в глаза. А с каждым новым днем мой дом становился все больше похож на психушку. Набрал Юлю. Та ответила, что освободится вечером, скучает, хочет увидеться и вообще у нее для имеется серьезный разговор. За этим меня и застала Рис.

– Ладно, до скорого, – я повесил трубку и вопросительно качнул головой.

– Успокоился он вроде. Готовить сейчас будет. Нам бы лучше уйти, да и пора, кстати.

Меня уговаривать не пришлось. Плачущие девушки – явление не самое приятное, а уж ревущие домовые – тем более. Быстро накинул плащ и обулся. Подумал долю секунды и все же крикнул.

– Лапоть, я буду вечером.

– Хорошо, хозяин, – донесся поникший голос с кухни.

Вот и ладно.

– Напомни адрес, – попросил я Рис, открыв приложение такси.

Девушка по-хозяйски отобрала телефон и вбила нужную улицу с номером дома. Странные у нас отношения. Приятельские, почти панибратские, но вместе с тем иногда настороженные. Будто мы боимся нарушить хрупкую гармонию нашего общения. Я забрал телефон обратно и посмотрел по карте. Опять конспирация – до «Харчевни» придется пройти два дома.

– Там забавная ситуация получилась, – стала рассказывать Рис, пока мы спускались, – Лапоть то ли что-то готовил, то ли чайник поставил. А конфорка потухла. У Марка квартира-студия была. Ну и надышались они, соответственно. Как бы не был силен Игрок, но если отравишься метаном, вариантов нет. Марк пытался добраться до плиты, да еще хуже сделал. Потерял сознание прямо около нее. Самая нелепая смерть Игрока в Отстойнике за последние сто лет.

– Я думал Игрока таким пустяком нельзя убить.

– Ну если кислород для тебя пустяк, – пожала плечами Рис, – можешь записаться в отряд заселения Марса. У тебя будут хорошие перспективы.

– Ладно, ладно, а Лапоть, значит, выжил.

– Ага, во-первых, он же домовой. Их вообще трудно убить. Во вторых, дальше от плиты находился. Повезло, что к Марку был не так привязан.

– Почему? – махнул я вырулившему во двор такси.

Мы сели в машину, пристегнулись и Рис продолжила, когда водитель тронулся. Только теперь вполголоса, чуть громче, чем играющее радио.