– Calme-toi, - хозяин кивнул мои спутникам. – Вы можете подниматься, а у нас произойдёт небольшая conversation.

Угрозы я не ощущал, хоть и знал. Что в соседней комнате сидят три головореза. Все – до зубов вооружённые. Дерьмовую Верзу уже пытались грабить. Кажется, грабителей утопили в выгребной яме за домом.

Поэтому я протянул ключ Сигону, а сам присел на край стола.

– Идите, - сказал я графу и принцессе. – Сейчас, узнаю, что надо этому жабоеду и догоню.

– Жабоед! – хозяин тихо рассмеялся, едва не клюнув носом стол. – Никогда не любил froggiwe. Отвратительные твари! Но – смешно. Ты вообще смешной trou du cul и послание тебе оставляли очень смешные люди. Когда их встретишь, обязательно передай: если эти connard ещё раз вздумают так со мной говорить, то я их всех утоплю в выгребной яме.

– Хорошо, - сказал я, ощущая, как голова начинает идти кругом. Какое, нахрен, послание? Кто его передал? Откуда они знали, где я остановлюсь? – Давай записку.

Хозяин улыбался и молча смотрел на меня. Чертыхнувшись, я достал серебряную монету и крутнул её по гладкому дереву. Монета, подобно своей золотой товарке, исчезла за краем стола. Улыбка на физиономии хозяина стала ещё шире, и он протянул мне кусок коричневой бумаги, сложенный несколько раз.

– Сколько она у тебя? – я торопливо разворачивал послание. Знал я эту бумагу из высушенных прессованных водорослей. Срок использования этой дряни – сутки, после чего бумага разваливалась на отдельные волокна прочитать написанное становилось невозможно.

– Ne precipiez pas mon ami, - хрюкнул в нос собеседник. – Время ещё есть. Время всегда есть.

Я пробежался взглядом по строчкам. Аккуратный, даже изящный каллиграфический почерк. Такие послания обычно отправляют своим молодым любовникам скучающие дворянки. Правда используют другую бумагу. Ну и тексты естественно отличаются.

«В Ваших интересах, - писал неизвестный, - прибыть на площадь Часовщиков в начале сумеречного часа и ожидать встречи в харчевне Луна. Постарайтесь, чтобы Вас никто не узнал. Ваш искренний доброжелатель».

Дальше шла приписка совсем другим почерком. И тон заметно отличался.

«Чёрт его знает, откуда, но местные шпики знают о твоём прибытии. Берегись».

Обнадёживало. Весьма. Особенно, если учитывать, что площадь Часовщиков располагалась почти в самом центре Верзы. Пара кварталов и ты мог тыкаться носом в ворота королевского замка. Или в двери храма Трёх Основателей, если повернуть в другую сторону.

– Ты читал? – я потряс письмом. Портейнец загадочно улыбался. Конечно же читал! – Что думаешь?

– Понятно, выглядит как Piege, - хозяин задумчиво почесал нос. – Но не думаю. К чему мудрить, если можно было дождаться тебя прямо здесь? Да и вообще, те парни, что принесли письмо, выглядели, как настоящие etrangers. Хочешь, продам тебе пару здоровяков?

– Ха! – я поднёс бумагу к настенному светильнику и коричневый лист исчез, оставив только зловонную зелёную дымку. – Если тебе покажется, что меня выгоднее продать страже, твои здоровяки тут же сменят сторону.

Хозяин принялся хохотать и пока я поднимался на второй этаж, продолжал хихикать, время от времени повторяя: «Regardes quel homme intelligent!»

– Мне нужно уйти, - сказал я, когда Вайолетта открыла дверь. Принцесса молча кивнула. Шу сидел на кровати и смотрел в узкое оконце. Меч графа лежал рядом с койкой. – Кто-то назначил встречу и подозреваю, что это связано с теми инструкциями, которые я получил от подземных тварей.

– А если не ходить? – поинтересовалась принцесса.

– Не знаю, - я торопливо собирался. Меч, понятное дело, брать не стал, но снарядил самострелы и рассовал ножи так, чтобы можно было быстро достать. – Эти люди, или кто они, слишком много обо мне знают, если сумели узнать, где я обычно останавливаюсь. Союзников у нас не слишком много, поэтому неразумно отвергать помощь, какой бы подозрительной она ни казалась. Да собственно, ради этой встречи мы и припёрлись в Верзу.

– Что делать нам? – голос Сигона звучал, точно голос призрака.

– Сидеть тихо, как мыши и ждать моего возвращения, - я посмотрел в окно: светило почти коснулось крыш. – Если после наступления темноты я не вернусь, спускайтесь вниз и дайте хозяину пару золотых. Его люди отведут вас к воротам города. В Верзе вам делать нечего.

– Береги себя, - Вайолетта внезапно поцеловала меня в щёку. – Это – на удачу.

– Если бы женские поцелуи приносили хотя бы каплю удачи, - я махнул рукой. – Ладно, не слушай моё ворчание. Просто я слишком старый и уставший.

Хозяин внимательно выслушал всё, что я ему сказал по поводу гостей и молча склонил голову. В этот раз он таки коснулся носом столешницы.

– Почему мне кажется, - пробормотал портейнец, - будто ты кого-то напоминаешь? Что-то связанное с couronne… Глупости.

Судя по голосу, он ухмылялся, но я видел лишь блестящую плешь на склонённой голове.

– Просто сделай то, что я сказал.

И вышел на улицу.

После чёртовой приписки мне казалось, будто все встречные прохожие всматриваются в моё лицо. Почему я не взял у распроклятого жабоеда какой-нибудь шляпы с широкими полями? А если надвинуть капюшон, это точно покажется кому-то подозрительным.